Ингрид Бергман. Поэзия судьбы.

Ингрид Бергман – вот та птица, которая залетела в наше открытое окно, и которую мы очень рады вспоминать и видеть вновь. Одна из самых глубоких драматических актрис, утонченная женщина, которая на фотосессиях напоминала Грету Гарбо, но была очень отлична от нее.

Грета всегда сторонилась публичности, и ей тяжело было сниматься. Она не очень любила камеру. Ее противоположность – Ингрид Бергман, скандинавка. Она, всегда старалась делать карьеру, и желала, чтобы она была как можно полнее и дольше. Но она была одной из тех карьеристок, которые обладали колоссальным талантом. Это счастье для всех нас что она любила свою работу и никогда не сидела, сложа руки.

Ингрид Бергман не обладала сексуальной притягательностью Риты Хейворт, ни абсолютной красотой Грейс Келли. Она всегда была просто великой драматической актрисой со своим шармом, своими хитростями, с теми великолепно одаренными людьми, которых она часто сама себе выбирала в авторы, режиссеров. Так было и с ее мужем Роберто Росселлини, одним из мужей, но об этом чуть позже.

postroil.com

Прежде чем я перейду к ее биографии, я хочу, чтобы вы увидели неожиданные кадры. Это кадры из фильма «Триумфальная арка» 1948 года. И вы конечно узнаете в кадре звезду тех лет – Шарля Буайе с его невероятными глазами и бровями, которым может позавидовать (их удивленно-аристократической манере) любая актриса. Это отдельные темы.

Отрывок из фильма «Триумфальная арка», где в исполнении нашей сегодняшней героини вы услышите русский романс «Спускалась ночная прохлада».

Атмосфера русского ресторана блестяще воссоздана в этом фильме. И вы понимаете, как же, все-таки, умели снимать эти кадры. Этот блестяще выставленный свет, который очень выигрышно обыгрывает лицо артиста. И вообще та эпоха, когда умели снимать кино, когда кино было искусством – она по всей видимости канула в прошлое. Но это прошлое, всегда остается с нами. Следующая мелодия, которая зазвучала, очень энергичная и задорная, это песня «Понапрасну Ваня».

Ходишь понапрасну,

Ножки бьешь.

Поцелуя ты не получишь,

А дурачком домой пойдешь.

Я вам очень советую, найдите записи, как это исполняет Рубашкин.

Фильм и пение Ингрид Бергман, я уверен, многих вас удивило. Я думаю в этом фильме снималась и Вера Бриннер, сестра Юла Бриннера (знаменитый голливудский актер, эмигрант из России), которая, наверное, и помогла своей шведской коллеге в познании секретов исполнения русского романса.

Двери Зетта

Ингрид Бергман родилась 29 августа 1915 года в Стокгольме. Ее судьба с самого начала была отмечена призвуком трагичности, потому что когда ей было 3 года, умирает ее мать. Еще через 10 лет, когда девушке было всего тринадцать – не стало отца. Ее берет на попечение тетка, но и она умирает через несколько месяцев. Воспитание ее продолжает дядя, у которого в семье были свои пять детей. Однако все это закалило струны души скандинавки, и она на всю жизнь осталась с вот этим жизненным стержнем, который умеет держать удары и испытания.

В 17 лет Ингрид поступает в шведский Королевский Стокгольмский театр. Немного играет там в эпизодах, но покидает этот театр ради съемок в кино. Несколько лет она снимается в Швеции, имеет среднего уровня успех. Переезжает в Германию, причем во времена нацизма (многие ее за это критиковали), но это только часть ее карьеры. Она любила работать, и для нее это было на первом месте.

портретный фотограф

Раздел «ПОРТРЕТ»:
[другие портреты], 
[прайс на студийную фотосъемку портрета]
[цены на фотосъемку бизнес-портрета]
[о фотосъемке детей в студии и на выезде]


УСЛУГИ ФОТОГРАФА: ИНТЕРЬЕРЫ, ПРЕДМЕТЫ, СВАДЬБЫ

В 1939 году Ингрид приглашает в Голливуд знаменитый прославленный продюсер Дэвид Селзник, который продюссировал «Унесенные ветром» и другие выдающиеся киноленты. В Голливуде она снималась десять лет до 1949 года. И та картина, ради которой пригласил ее Селзник, называлась «Интермеццо». Это очень интересный фильм, с потрясающим сценарием, но я не хочу о нем рассказывать по личным причинам. Там играет главную роль Лесли Говард, которого я с детства терпеть не могу после его роли такого совершенно бесформенного бесхарактерного товарища, в фильме «Унесенные ветром». Он там играет Эшли, как вы помните. И на фоне Рета Батлера это невозможно было смотреть. Вот по этой детской причине я об этом фильме умолчу. Но я обязательно вам расскажу подробно о другом фильме. Это лента, которая включена многими справочниками в десятку лучших фильмов мирового кинематографа. Наряду с «Гражданином Кейном», с «Броненосцем Потемкиным». Я говорю о «Касабланке», о фильме, который несмотря на то, что снимался в категории А, не предвещал колоссального успеха. Это была театральная пьеса, причем еще не поставленная. Ее адаптировали для фильма несколько сценаристов. В итоге они создали удивительный сценарий, реплики из которого разошлись по устам публики. Финальные фразы «Касабланки» — блистательные фразы Хамфри Богарта, которые записаны только после окончания съемок на озвучании. Это фраза: «Луи, мне кажется это хорошее начало дружбы».

Форум

Есть что-то в некоторых произведениях искусства, что в кинематографе, в некоторых фильмах заставляет плакать даже без конкретного прикосновения к конкретному сюжету, мизансцене. Это масштаб идеи, это какое-то очень точное попадание в художественную мысль. Фильм «Касабланка» посвящен не новой проблеме человеческих отношений. Это выбор между любовью и долгом. Герой Хамфри Богарта, который никогда до этого не играл романтических персонажей, а только лишь снимался в образах, стилистике фильмов нуар – это детективы. Он выбирает между любовью к женщине (героине Ингрид Бергман) и к долгу, к чести. Потому что он имеет возможность помочь ее мужу, который представляет движение сопротивления. А все это действие происходит в марокканском городе Касабланка, который подвластен вишистскому режиму. Вы знаете, режим Виши это Петен. Прошу не путать это ни с какой другой фамилией. Это часть Франции, которая была оккупирована Гитлером, которая была подотчетна Гитлеру. А это французская колония. Таким образом, несмотря на что территория практически нейтральна, но властвует там через французские власти гестапо, и тот, кто принадлежит к сопротивлению должен быть схвачен. Однако, беспринципный, вроде бы, владелец ресторана, который дает приют всем у кого есть деньги, делает такой жизненный выбор и помогает члену движения сопротивления, хотя он влюблен в его жену, с которой они были близки несколько лет назад в Париже и теперь нечаянно повстречались в Марокко в Касабланке. Надо сказать, первоначально на роль, которую исполнил Хамфри Богарт планировался, молодой еще совсем, будущий президент США Рональд Рейган. Но он не получил этой роли, потому что продюсеры сочли, что он недостаточно известен. Ее получил Богарт, который был ниже ростом, чем его партнерша Ингрид Бергман. Поэтому, мало кто знает, ему все время подкладывали какие-то там подставочки, подушечки, чтобы он казался, как мужчина выше.

И этот фильм прославлен еще знаменитой песней «As time goes by». Она на самом деле из мюзикла, у которого к 1942 году уже состоялась премьера на Бродвее. Но я уверен, что многие из вас слышали эту блистательную и очень глубокую по философии мелодию. Это такие мелодии, которые запоминаются с детства. Если вы их не слышали я очень рекомендую чтобы вы, мое поколение, прислушивалось к ритмам и словам прежде всего ретро. Эпохи ретро 20-е, 30-е,50-е годы. Там была мелодия, и там был смысл слов.

Фильм интересен прежде всего большими задачами и очень камерным их исполнением. Здесь долг не показан через колонны движущихся танков, страшных каких-то криков, патриотических фраз. Здесь долг показан, как долг перед самим собой, перед своей совестью. Именно поэтому фильм стал выдающимся. А те фильмы, которые снимаются для «распила» отечественного бюджета, и к определенным датам в отечественной военной истории, они сейчас нас совершенно не трогают, и наоборот вызывают неприятие у людей со вкусом, с душой и совестью. Поэтому я советую обращать внимание больше на человеческий фактор, а не на фактор «распила» бюджета ради крупных батальных сцен, при которых можно много украсть денег и режиссеру, и директору, и тому, кто подписывает кампании режиссера и директора.

Я хочу, чтобы вы посмотрели отрывок из фильма «Касабланка».

Видео

Я очень люблю эту сцену. Я люблю смотреть фильмы без перевода, потому что мы слышим голоса тех самых актеров, которые через свои тембры передают душу. И фраза героини Ингрид Бергман: «Поцелуй меня, как в последний раз, будто это было при последней нашей встрече» — она становится исторической. И она очень созвучна душе человека, который понимает, что время – наш главный враг. Бог – это время, и нет ничего властнее, чем эта страшная великая категория – время. В которой все тонет, которое уносит и молодость, и красоту, и встречу. И это сцена, которая подразумевается, происходит в Париже в 1942 году, не могла сниматься в Париже, поскольку Париж был оккупирован. Но Париж подразумевается, он виден на втором плане во многих кадрах фильма. И снятые отдельно и давно сюжеты города – для меня это очень важно, потому что Париж как-то невероятно емко и точно для меня отражает суть красоты городского пейзажа, в котором я бы хотел чувствовать романтику. И что я там испытал, и что было в моей судьбе. Поэтому, когда я смотрю на кадры «Касабланки», парижские кадры, я всегда воспринимаю это очень интимным образом.

Если мы вернемся к технической стороне дела от таких высоких и личных моментов, то, надо сказать, что были очень умные раньше «звезды» и операторы. Лицо Ингрид Бергман на крупных планах снималось, за редким исключением, с левой стороны. Это выигрышная ее сторона. И так были направлены пучки света, что они играли и вызывали отблеск в ее глазах. К этим приемам прибегали многие артисты. Марлен Дитрих любила, чтобы снимали в таком специальном рассеивающем свете.

Ингрид Бергман работала в Голливуде десять лет до 1949 года. Она влюбилась. Влюбилась, наверное, не только лично, но и творчески. Я говорил, что она в хорошем смысле карьеристка. Она всегда жаждала работы с талантливыми людьми. Ее новый роман был с Роберто Росселлини. Это знаменитый итальянский режиссер, один из основателей нового стиля в кино, я говорю о неореализме. Знаете эти фильмы: «Рим, открытый город», «Похитители велосипедов». Это знаменитая эпоха 40-х годов. Росселлини был на слуху. Он был талантлив, он был итальянец. Ингрид Бергман написала ему письмо: «Если вы хотите узнать артистку, которая замечательно говорит по-английски, не забыла свой немецкий, кое-что понимает по-французски, а по-итальянски знает лишь «триамо», то я готова приехать к вам, чтобы сделать вместе новый фильм». И она приезжает, но одновременно она теряет на долгие годы американскую аудиторию, потому что дикость свойственна разным обществам в разные времена. http://www.flyings.ru/publ/pevchie_pticy_v_prirode_i_u_nas_doma/11

Нашему обществу сейчас свойственна одного рода дикость, западное общество уже прошло какие-то стадии, которые никак не можем пройти мы. Или прошли совсем недавно. После того как она покинула своего мужа ради Росселлини, в Америке началась компания, раздутая прессой против нее. И ее фильмы замалчивались, она долго не снималась. Но она снималась в Италии у Росселлини. Эти фильмы не имели коммерческого успеха, хотя были очень добротными. «Стромболи», например, был замечательный фильм. И она играла в театре, потому что она обладала потрясающим драматическим даром, истинным даром драматической актрисы. Среди многих ее фильмов (а она сыграла достаточно) и получала за это высшие награды, в том числе трех «Оскаров» и три премии «Давид ди Донателло».

Вот среди всего этого великолепия я бы хотел отметить особо еще один фильм, который мне дорог с детства. Я увидел его в очень раннем возрасте, и полюбил сразу. Он называется «Любите ли вы Брамса?». В1959 году выходит роман Франсуазы Саган, и буквально в 1961 году его экранизируют.  В роли режиссера выступил знаменитый, очень качественный постановщик Анатолий Михайлович Литвак, эмигрант из России. Его родители жили в Киеве. Он начинал работать еще в России, в СССР. В 1925 году эмигрировал. Жил в Германии, США.  И он снял этот потрясающий фильм «Любите ли вы Брамса?» я на нем хочу остановиться подробно, потому что в нем сразу сфокусировано много наслаждений: это и блестящая игра Ингрид Бергман, и очень точная игра Ива Монтана, и такая звонкая, пронзительная, обаятельная, изумительная нота – я имею в виду одну из главных ролей, которую исполнил молодой Энтони Беркинс. Это знаменитый голливудский актер, романтический персонаж с очень не простой судьбой с трагическим концом.

Сюжет прост. Это трагедия, это власть времени – страшная власть. Дама сорока лет. У нее есть ухажер, у нее есть постоянный мужчина, с которым она уже 5 лет – предприниматель. У них отношения в основном плотские, потому что он живет обычной французской жизнью. У него есть молодые девушки. К ним он возвращается постоянно. Они ходят вместе на рауты, вечеринки, но это не любовь с большой буквы, это привычка, это удобство. Она конечно хочет большего, хочет по настоящему влюбиться, но не думает об этом, потому что верит в эти отношения с героем Ива Монтано. В этот момент в ее жизни появляется 25-летний юноша. Его играет, как вы догадались, Энтони Перкинс. И он пробуждает в ней те чувства, которые дремали. Но этим отношениям не суждено продлиться долго. И у меня уже несколько лет стоят в памяти эти потрясающие кадры, когда она кричит ему, убегающему. Он хочет быть с ней, а она выбегает из дверей и кричит: «Я старая!». Это великая сцена, и ее надо конечно смотреть в контексте, но фильм вызывает восторг многими-многими своими прелестями. Простите за это немножко куртуазное, немножко пушистое французское слово. Во-первых, конечно это сюжет, который очень точно придуман Франсуазой Саган. Во-вторых, это блестящая игра актеров о которой я говорил. Но это еще и две важнейшие вещи: музыка самого Иоханса Брамса и парижские виды. Отрывок третьей симфонии часто звучит в фильме.  И Жорж Орик, французский композитор, написал замечательные кусочки музыкальной партитуры фильма. И Парижские виды. Парижские виды 1961 года – это настоящий Париж еще без негров и арабов. Париж не маргинальный, потому что сейчас пошли фильмы, как, например, сборник новелл «Париж, я тебя люблю», где показаны самые затхлые районы Парижа, непонятные маргинальные персонажи. И получается, что это можно снять не в Париже а где угодно, в любом городе. Зачем, имея такую красоту, опускаться до такой грязи?

Но вот наша эпоха к сожаленью скудна на уровень эстетики. Уже нет Франсуазы Саган, Анатолия Литвака, Ингрид Бергман, Энтони Перкинса. Нет Парижа. Вернее, выбор есть всегда. И Париж 16-го аррондисмана – это очень дорогой буржуазный аристократический район, в котором практически нет вот этого маргинального и африканского компонента, там можно снимать, сделать великий фильм. Но такая социальная политика, что надо показывать салют наций. В фильме «Любите ли вы Брамса» мы должны наслаждаться не только игрой актеров, но и видами, пейзажами, самыми маленькими нюансами брасри, кафе, интерьерами. Всем тем что свойственно истинно высокой культуре Франции, которая сейчас размывается, теряется и уже мало снимается на кинопленку.

Кто еще может так сыграть любовь к женщине, как тот кого они никогда… Здесь надо следить за всем. Это и мода. Изысканная, очень элегантная, но не вызывающая мода тех лет. Не первый год уже выдержанное торжество стиля Коко Шанель. Эти жакетики, шапочки, эти неброские бусы – все это очень по-парижски. В те времена можно было увидеть эти галстуки и постоянные костюмы. Сейчас это все размывается и размывается в плане одежды. В этом фильме видно какая публика собирается на симфонические концерты, как они одеты, как люди ходили в театр.

Это вообще отдельная темы. Я так давно живу на свете, что я еще помню порядочных людей. Я помню, как ходили в Большой театр. На женщинах были театральные платья, театральные сумочки, а не джинсы. Правда сейчас такой театр пошел, что и в джинсах слишком трудно туда ходить. Вся эта эпоха уходит, но мы должны ее любить, потому что не любить такую красоту не возможно.

Проблема времени в искусстве – это важнейшая проблема, потому что это важнейшая проблема в жизни. И вот тот фильм, который это исследует. В жизни нет ничего дороже, когда происходит настоящее чувство. Оно не может закончиться ничем, потому что оно было. Главное, что оно было. Здесь не должно быть никакого итога производного в плане создания материальных ценностей. Вот сюжет фильма.

И я хочу отметить особый дар Энтони Перкинса: нервный, взвинченный, лирический, тонкий, необычный. Он достаточно худой чтобы казаться слишком привлекательным с физиологической точки зрения. Он иногда косил ртом, когда говорил. У него был немножко длинный нос. Но бывает та гармония, идущая от таланта и от души, которая все это делает практически идеальным и вызывает влюбленность. То же самое и с героиней Ингрид Бергман, о чем мы говорили в начале передачи.

Наверное, можно было уделить много времени знаменитому фильму Ингмара Бергмана «Осенняя соната». Великий режиссер Ингмар Бергман никогда не был родственником Ингрид, это однофамильцы. Два великих однофамильца. Они сотрудничали в одном фильме «Осенняя соната». Это поздний фильм Ингрид, когда ее здоровье было подкошено раком легких. Она сражалась с этой страшной болезнью 9 лет, с 1973 года. Но я думаю, что невозможно в рамках передачи исследовать, проанализировать и вам рассказать о вот этом произведении искусства, которое создали вместе Ингмар Бергман и Ингрид Бергман. Это не столько сложный фильм, сколько эти кадры надо смотреть, а не анализировать. Их надо понимать. Понимать в режиме реального времени.

Все сложнее, чем просто тема. Сам кадр несет в себе больше информации, чем события. Вообще настоящее искусство – это не просто набор многих событий. Это нечто другое. Это созерцание загадки и прикосновение к ее раскрытию. Тема фильма – это тема прощения. Это тема взаимоотношения родственников с неродственными душами. Это тема одиночества человека: и человека ординарного, и не ординарного. Здесь даже есть тема ницшеанства очень своеобразно поднятая. Я бы даже не хотел описывать сюжет, как я описывал сюжеты в прошлых фильмах, потому что мелодрамы описать легче: там есть завязка, эпицентр, развязка и дальше вечность, но мы понимаем, что любовь – это вечность. Здесь немножко другое. Это не любовь, это семейная история. Здесь быт переплетается с трагедией человеческого духа. Здесь все сложнее. Этой темы избегают многие художники не потому, что они не смогут ее так глубоко понять, а потому что она им не так интересна. Может они в ней не видят достаточной глубины. Много быта. Но в чем точно нет быта, это в том, как работает Бергман-режиссер, в том, как он строит кадр.

Я хочу, чтобы вы посмотрели удивительный отрывок из фильма где нет слов, где нет разговоров. Где есть, в прямом смысле этого слова, игра. Но там происходит все. Все видно, все понятно.

Оцените звездность страницы:
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...