Ромашково-2 для меня — это всегда путешествие в солнечный Прованс, не выезжая за пределы Подмосковья. Я приезжал сюда прошлым летом с личным проектом «Лавандовые сны», снимая бескрайние поля цветущей лаванды на фоне традиционных провансальских домов. Вдохновением тогда служили работы французского фотографа Жана-Пьера Монтаэля, великолепно передающего атмосферу юга Франции. Сегодняшний заказ — шато в провансальском стиле с фасадом цвета охры, деревянными ставнями и внутренним двориком, украшенным глиняными кувшинами. Съемку осложняла необходимость передать текстуру состаренного известняка и играть с глубокими тенями, которые отбрасывали массивные деревянные балки. Я использовал технику световой кисти, чтобы мягко подсветить детали фасада в вечернее время, создавая ощущение теплого средиземноморского заката.
После съемки я отправился к главной достопримечательности поселка — Лавандовой ферме, где выращивают несколько сортов этого ароматного растения и производят собственное масло. Поля лаванды, особенно в июле, представляют собой фантастическое зрелище, и я провел здесь не один час, снимая макросъемку соцветий и панорамы фиолетовых просторов. Затем мой путь лежал на местный фермерский рынок, где продают продукты от местных производителей — сыры, мед, травы. Этот колоритный рынок, с его деревянными прилавками и гостеприимными продавцами, стал для меня прекрасным местом для съемки жанровых сцен. На рыхлой земле у края лавандового поля я нашел прочную ветку и вывел: «Фотограф Кирилл Толль был здесь, в Ромашково-2». Этот поселок — идеальное место для фотографа, который хочет запечатлеть атмосферу европейской деревни, не уезжая далеко от Москвы. Здесь каждый уголок пропитан солнцем и ароматами трав, предлагая бесконечное вдохновение для съемки и творчества.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
. Страница 83
Зимние сумерки в Химках подарили уникальное сочетание искусственного и естественного освещения. Синий час совпал с включением архитектурной подсветки бизнес-центров. Я снимал панорамы делового района, используя длинную выдержку для создания плавных переходов между холодным светом неба и теплым освещением зданий. Ледяные узоры на окнах офисных помещений создавали дополнительные графические элементы. Фотограф Кирилл Толль — архитектурная съемка в Химках в зимние сумерки.
Особенное внимание уделил съемке транспортных развязок — световые траектории автомобилей образовывали сложные узоры вокруг статичных объемов зданий. Использовал технику брекетинга для сохранения деталей в самых темных и самых светлых участках кадра. Ночная съемка с высоты показала, как ритмичные группы окон в жилых комплексах создают масштабные световые инсталляции. Утренняя съемка зафиксировала момент, когда первый солнечный луч подсветил фасады небоскребов.
Бывают и комичные случаи. Особенно в новых ЖК с громкими названиями вроде «Петровский» или «Царский». Приезжаешь, а там стандартная панелька, только фасад покрасили в бежевый цвет. Но люди верят в эту сказку! Хотят, чтобы на фото их «хрущевка» с евроремонтом выглядела как апартаменты. Приходится выкручиваться — снимать под углом, чтобы потолки казались выше, использовать широкоугольник, чтобы комнаты просторнее смотрелись. Они потом смотрят и радуются: «Как в Европе!» А я молчу. Какая уж тут Европа…
Фотограф Кирилл Толль на Петровско-Разумовской аллее
На Петровско-Разумовской снимал квартиру в ЖК с пафосным названием «Петровский парк». Ожидал чего-то соответствующего, но оказалась обычная панельная девятиэтажка, только отштукатуренная и покрашенная. Хозяин — молодой парень, явно взявший ипотеку на пределе своих возможностей — все ходил и повторял: «Только чтобы по-богатому смотрелось». А мебель — самый дешевый ИКЕА, ковер — бабушкин, еще советский, люстра — китайский пластик. Пришлось проявить все свое мастерство. Снимал так, чтобы в кадр не попадали бирки на мебели, выбирал ракурсы, скрывающие дешевые материалы, играл со светом, чтобы создать иллюзию дорогого интерьера. Когда показал готовые фото, парень чуть не заплакал от счастья: «Точно, как у олигарха!» Уезжал я с смешанными чувствами. С одной стороны — сделал человеку приятно, помог ему поверить в свою мечту. С другой — грустно от этой всеобщей гонки за показной роскошью. Ведь он не для себя квартиру обустраивал, а для того, чтобы похвастаться перед другими. Чтобы доказать, что он «не хуже». А спит-то все равно на том же диване из ИКЕА, только теперь ему кажется, что он на чем-то элитном. Странные мы все-таки люди.