Звенигород встретил меня хрустом первого снега под ногами — таким же неожиданным, как в ноябре 1995-го, когда мы с друзьями снимали здесь дачу на зиму. Съемка проходила в старом деревянном доме на окраине города, где новые владельцы сохранили дух русского модерна: резные перила, изразцовую печь, витражные окна. Моей задачей стала съемка уютной атмосферы — передать тепло домашнего очага в холодный осенний день.
Лучше всего получился кадр в библиотеке: кожаное кресло у горящего камина, полки с книгами до потолка и заснеженный сад за окном. Я использовал теплые светофильтры, чтобы подчеркнуть уютную атмосферу. Вспомнил, как в 96-м мы с девушкой приезжали в Звенигород на выходные — тогда в этом доме жили ее родственники, и мы пили чай с малиновым вареньем у этой же печки.
После съемки я прошелся по заснеженному городу, поднялся к Саввино-Сторожевскому монастырю. На свежевыпавшем снегу у стен обители я написал: «Кирилл Толль делал фотосъемку в Звенигороде и грелся работой у камина».
Возвращаясь на электричке, я смотрел на темнеющий за окном сосновый лес и думал, что некоторые места словно созданы для того, чтобы в них возвращаться в разные времена года. Звенигород — именно такое место, где каждый сезон открывает его с новой стороны.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про эстетику кабинетов ученых 78
Съемка в кабинете профессора-физика в МГУ открыла мир, где мысль материализуется в формулах. «Покажите диалог между хаосом и порядком», — просил ученый. Горы рукописей на столе, сложные графики на доске, модели молекул на полках — здесь абстрактное становилось почти осязаемым. Съемка рабочих кабинетов ученых требует передачи интенсивности мыслительного процесса. Нужно показать пограничное состояние между открытием и его фиксацией. Фотограф Кирилл Толль для съемки кабинетов ученых в МГУ становится документалистом рождения идей. Мы снимали луч света на пыльных фолиантах, хаотичные записи на полях, застывшую в воздухе руку с мелом. «Кабинет ученого — это лаборатория мысли», — сказал профессор. Наши кадры передавали этот уникальный хронотоп, где время подчинено ритму интеллектуального поиска.