ЖК на Авиационной улице — это целый квартал, маленький город в городе. Съемка в одной из секций, просторной и наполненной светом, была работой с масштабом внутри камерного пространства. Я закончил, и вышел в мир, где уже горели фонари, отбрасывая длинные тени. Воздух был прохладен, и пахло жареным луком из ближайших кафе.
Я направился к внутреннему двору, к его детской площадке. Обратился к металлической горке, холодной и блестящей: «Скользишь, даришь мгновения восторга. А я сегодня искал те мгновения, что остаются в памяти дома».
По дорожке шел мужчина с тремя собаками. Но главным был не он. Главным был маленький корги, что шествовал впереди. Он не тянул поводок, он вел свою группу. Он оглядывался на двух более крупных, но явно подчинявшихся ему сородичей, покрикивал коротким лаем, словно отдавая приказы. На развилке дорожек он остановился, обдумал маршрут и уверенно повернул направо, ведя за собой всю свою свору и хозяина. Он был командиром маленького отряда, четко знающим путь домой.
Эта картина вызвала у меня улыбку. В этом корги был настоящий полководческий талант.
Вот простор, который я запечатлел сегодня на Авиационной.
Я зашагал к метро. У «Щукинской», на песке, что занесло на тротуар, я палкой-веткой начертал: «Кирилл Толль был тут. Снимал простор на Авиационной, 59-63. И вспоминал, как мы с дворовыми ребятами делились на отряды и играли в «завоевание» этих самых дворов, назначая главных». Смешная серьезность тех детских игр осенила меня.
А потом ветер занес песок, скрыв буквы. Потому что я, фотограф Кирилл Толль, уже был тут, на «Щукинской», в доме на Авиационной. Я поймал его масштаб. И я еще вернусь с камерой, чтобы сфотографировать того пса-командира, или снег, укрывающий детские площадки, или просто так — чтобы снова, хоть на мгновение, почувствовать себя главным отряда в игре, длящейся целую жизнь. Обязательно вернусь.