Съемка в «Северном городе» на Дубнинской улице, этом миниатюрном государстве со своими законами архитектуры, завершилась. Квартира с видом на бесконечную перспектуру спальных районов была полна ровного, спокойного света. Я вышел за ворота ЖК и углубился в парк «Дубки», что раскинулся напротив, как будто два разных мира сошлись на берегу одного времени. Воздух здесь был другим — влажным, густым, настоянным на запахе грибной сырости и старой листвы.
Я шел по аллее столетних дубов, и мои шаги поглощала упругая земля. Возле пруда, где утки выстраивались в стройные кораблики, росла одинокая рябина, вся усыпанная алыми, будто лакированными, ягодами. Я прислонил к ней свой рюкзак с аппаратурой.
«Вот мы и встретились, — мысленно обратился я к дереву. — Ты стоишь здесь, наблюдая смену времен, а я пришел поймать одно мгновение, один уголок жизни в кадре».
Рябина молчала, и лишь ветер тихо перебирал ее листву. Я представил, как лет тридцать назад здесь, среди дачных поселков, бегали мальчишки с самодельными удочками, а их отцы жарили на кострах шашлык. Теперь же их внуки живут в стеклянных башнях напротив, а этот парк стал для них живой историей, островком дикой природы в каменных джунглях.
*Элегантная кухня-гостиная в ЖК «Северный город», снятая фотографом Кириллом Толль. Пространство, где функциональность встречается с уютом.*
Внезапно мои размышления прервал отчаянный клич. К рябине подбежал маленький мальчик в ярко-синей куртке. Он тыкал пальцем в землю и сокрушенно кричал: «Пропала! Пропала!». Оказалось, он строил из песка замок, а теперь не мог найти идеальную палочку для шпиля. Мы с ним вместе осмотрели окрестности, и я, наконец, обнаружил под кустом сирени идеально ровный, гладкий прутик. Мальчик, его лицо озарила улыбка, торжественно водрузил находку на вершину песчаной башни. «Ты — волшебник!» — заявил он мне и побежал хвастаться родителям. Этот простой, детский восторг от найденной палочки был прекраснее любой архитектурной премии.
На пути к метро Владыкино я свернул на детскую площадку. В песочнице, оставшейся после дождя влажной и податливой, я кончиком зонта вывел: «Кирилл Толль был здесь, у ЖК «Северный город» и метро Владыкино, и нашел шпиль для замка». Я оставил эту надпись для ветра и для следующего поколения строителей замков.
И вот мой зарок, моя странная традиция. Я возвращаюсь. Всегда. Возможно, чтобы сфотографировать первую любовь на аллее старых дубов, или выпускной у пруда с утками, или просто так, глубокой осенью, чтобы посмотреть, как алеют ягоды на той рябине. И тогда я обязательно загляну в песочницу — проверить, не начали ли там строить новый город, еще более грандиозный, чем «Северный».
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про эстетику операционных залов 103
Съемка в операционной новой клиники в Сколково до начала работы стала исследованием стерильной эстетики. «Покажите границу между жизнью и смертью», — просил хирург. Хромированные поверхности, мощные лампы, сложная аппаратура — здесь технология служила хрупкому человеческому телу. Съемка медицинских операционных требует баланса между техничностью и человечностью. Нужно передать атмосферу концентрации и надежды. Фотограф Кирилл Толль для съемки операционных залов в Сколково становится документалистом хай-тек медицины. Мы снимали отражения в стекле мониторов, идеальную геометрию инструментов, холодный свет, готовый к работе. «Здесь время измеряется в ударах сердца», — сказал хирург. Наши кадры передавали это напряжение — ожидание чуда в мире точных расчетов.