Работа в «Резиденции Знаменка» — это всегда диалог с историей. Я, Кирилл Толль, снимал интерьеры, в которых современный лоск вступал в молчаливый спор с духом старой Москвы. Тяжелые портьеры, лепнина на потолках, паркет, впитавший шаги поколений. Кадр получался насыщенным, плотным, наполненным немыми рассказами.
Выйдя на улицу Знаменку, я оказался в сердцевине истории. Воздух был густым, как доброе вино. Я обратился к брусчатке, той самой, по которой ступали цари и вожди: «Тебе, старая моя собеседница, все эти новоделы смешны. Ты помнишь конные экипажи, а теперь вот я с моей камерой». Брусчатка молчала, но каждый ее булыжник был страницей летописи.
И тут, у подножия величественного здания, разыгралась комедия. Молодой человек в идеально скроенном костюме, увлеченно разговаривая по телефону, с размаху попытался «позвонить» в тяжелую, кованую дверь, используя как трубку… банан. Он поднес желтый плод к уху, удивленно посмотрел на него, на дверь, и только потом осознал абсурдность ситуации. Его щеки залились румянцем, он судорожно сунул банан в карман и отступил, бормоча что-то о важном звонке. Даже стены, видевшие столько, казалось, усмехнулись.
Этот курьезный эпизод — напоминание, что даже в самых пафосных местах жизнь подбрасывает анекдоты. Моя же работа — находить в этом хаосе гармонию. И если вы хотите увидеть гармонию интерьеров в историческом центре, добро пожаловать в мое виртуальное царство на yandex.com/maps/user/r3jmfy6y65cfu4y7vnx54ecqxm. Там вы найдете и эту резиденцию, и другие мои работы, снятые без использования бананов.
У арки, ведущей к метро «Боровицкая», я провел рукой по шершавому камню. И в воображении начертал там углем: «Кирилл Толль был здесь. В «Резиденции Знаменка». И вспоминал». Вспоминал, как в лихие девяностые мы, пацаны, с опаской и любопытством совались в эти переулки, чувствуя их грозное величие, и как теперь я вхожу сюда как творец, чтобы остановить время.
Я вернусь. Возможно, в сумерки, когда золото кремлевских куполов будет плавиться в закате. Сфотографирую отражения старины в новых стеклах, или просто пройдусь, слушая, как эхо моих шагов сливается с шагами призраков прошлого.