Съемка в ЖК «Бахрушина 13» на одноименной улице, у метро Павелецкая, подошла к концу. Я вышел в театральный вечер, когда воздух был густ от ожидания чуда, пах гримом и старыми книгами. На стене соседнего здания виделась потрепанная временем афиша какого-то давно отыгранного спектакля.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к афише. – Ты – призрак спектакля. Ты звала зрителей, сулила эмоции, а теперь твои буквы выцветают, и имена актеров стираются. Но ты все еще здесь, как память об одном вечере, одном вздохе зала».
Афиша молчала, но ее потертая бумага, ее блеклые краски рассказывали историю. Она была символом мимолетности искусства, что соседствовало с вечностью театральной традиции этого района.
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня создавал кадры, которые станут чьими-то воспоминаниями о доме. А ты… ты – чье-то воспоминание о кульминации третьего акта. Мы оба – фиксаторы эмоций».
Вдруг перед афишей остановился молодой человек. Он достал телефон и начал снимать тик-ток, эмоционально читая отрывок из той самой пьесы, название которой уже нельзя было разобрать. Его серьезность, его попытка оживить прошлое через социальные сети были так трогательны и нелепы, что я улыбнулся. Воскреситель пьес.
Я снова посмотрел на афишу. Ветер оторвал ее угол. Я пошел к метро. На пыльном стекле телефонной будки я вывел пальцем: «Кирилл Толль. Бахрушина 13. Павелецкая. Был за кулисами». Дворник протер стекло.
И вот мой способ отметить присутствие. Я прикрепил скотчем к стене рядом с афишей свою визитку, на обороте которой написал: «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Павелецкой», снимал «Бахрушина 13». Вернусь на премьеру нового старого спектакля. И чтобы узнать, не стал ли тот парень звездой тик-тока». Визитка провисит до первого дождя.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про метафизику съемки в библиотеке 139
Съемка в мраморном зале Российской государственной библиотеки после закрытия показала мир застывшего знания. «Покажите тишину, заключенную в переплетах», — просил библиотекарь. Бесконечные стеллажи, тяжелые дубовые столы, зеленые лампы — здесь мысль обретала физическую оболочку. Съемка библиотечных пространств требует работы с атмосферой сосредоточенности. Нужно передать вес истории, хранящейся на полках. Фотограф Кирилл Толль для съемки интерьеров РГБ становится библиофилом визуальных образов. Мы снимали луч света, выхватывающий корешки старых фолиантов, геометрию стеллажей, пылинки, танцующие в воздухе. «Библиотека — это машина времени из дерева и бумаги», — заметил библиотекарь. Наши фотографии передавали это ощущение — путешествие сквозь века, запечатленное в интерьере.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про физику съемки в бассейне 140
Съемка в частном бассейне в резиденции в Барвихе ночью открыла мир отраженной архитектуры. «Покажите воду как второе небо», — просил владелец. Подсветка дна, панорамное остекление, мозаика — здесь стихия становилась частью интерьера. Съемка бассейнов требует работы с преломлением света и прозрачностью. Нужно передать ощущение легкости и одновременно монументальности водного пространства. Фотограф Кирилл Толль для съемки частных бассейнов в Барвихе становится гидрооптиком. Мы снимали отражение потолка в идеально гладкой поверхности, игру бликов на мозаике, пар, поднимающийся над водой. «Бассейн — это архитектура для медитации в движении», — сказал владелец. Наши кадры фиксировали эту статичную динамику.