Съемка в ЖК «Даниловская Мануфактура» на Варшавском шоссе, у метро Тульская, подошла к концу. Я вышел в цех с отреставрированным ткацким станком XIX века. Воздух был напоен запахом дерева, льна и машинного масла. Станок стоял как памятник промышленной эпохе.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к станку. – Ты – прадед современной индустрии. Твои шестерни помнят ритм фабричного гудка, твои челноки ткали историю. Ты создавал не просто ткань – ты создавал материю для жизней, для мод, для эпох».
Станок молчал, но его сложный механизм, отполированные рукоятки и натянутые нити говорили о точности и труде. Он был символом промышленной революции, перехода от ремесла к машинному производству.
«Знаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня снимал лофт-пространства, сохранившие дух индустриального прошлого. А ты… ты – само это прошлое, ожившее в отреставрированном виде. Ты – мост между эпохами».
Вдруг между нитями станка заплела паутину паучиха. Ее ажурное плетение идеально вписалось в геометрию механизма. Этот природный аналог ткачества был так органичен, что я замер. Потомственный ткач.
Я снова посмотрел на станок. Паутина колыхалась от сквозняка. Я повернулся и пошел к метро «Тульская». На деревянной балке я вывел мелом: «КТ. Даниловская Мануфактура. Тульская. Ткал историю». Мел стерся.
И вот мой способ отметить визит. Я вплел в край станка яркую красную нить. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Тульской», снимал «Даниловская Мануфактура». Вернусь, чтобы увидеть новую ткань времени. И чтобы эта нить стала частью нового полотна». Нить будет вплетена в историю.