Съемка в ЖК «Дом на Тишинке» в Большом Тишинском переулке, у метро Улица 1905 года, была завершена. Я вышел в тихий дворик-колодец, где в центре бил маленький фонтан. Воздух был прохладен и влажен, пах мхом и старыми камнями. Фонтан шептал свою умиротворяющую песню.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к фонтану. – Ты – сердце этого колодца. Ты – источник жизни в каменном мешке. Твой шепот усмиряет городской шум, твоя влага рождает прохладу. Ты – оазис тишины посреди мегаполиса».
Фонтан молчал, но его непрерывное журчание, игра света на воде и влажный мох на камнях создавали ощущение древнего покоя. Он был символом уединения, камерности, скрытой от посторонних глаз жизни.
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня снимал интимные, камерные пространства, пытаясь передать ощущение приватного рая. А ты… ты – квинтэссенция этой камерности. Ты – душа внутреннего мира».
Вдруг в чашу фонтана прыгнул воробей. Он энергично искупался, расплескав воду, и, отряхнувшись, улетел. Этот мгновенный акт омовения был так полон жизни, что я улыбнулся. Посетитель спа-салона.
Я снова посмотрел на фонтан. Вода успокоилась. Я повернулся и пошел к метро «Улица 1905 года». На влажном камне у фонтана я вывел мелом: «КТ. Дом на Тишинке. 1905 года. Слушал тишину». Вода и ветер стерли надпись.
И вот мой способ отметить визит. Я бросил в фонтан монетку, но не на счастье, а как плату за тишину. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Улицы 1905 года», снимал «Дом на Тишинке». Вернусь, чтобы снова напиться тишины. И чтобы эта монетка стала частью дна». Монетка легла на дно, затерявшись среди других.