ЖК «Алые Паруса» на Авиационной улице — это монументальный комплекс, чьи башни действительно напоминают корабли, готовые к отплытию. Съемка в одной из таких башен, с видом на бесконечные горизонты спальных районов, была работой с масштабом. Я закончил, и ветер, гуляющий на высоте, проводил меня вниз. На улице стоял промозглый, сырой вечер, но в воздухе витало ощущение простора.
Я двинулся в сторону небольшого сквера между гигантами. Обратился к гранитному шару, украшавшему площадь: «Вот и ты, катящийся по воле дизайнеров. А я сегодня искал ракурсы, с которых ваш полет кажется вечным».
На самой верхушке голой березы сидел ворон. Он был велик, почти мифичен. И он не просто сидел. Он дирижировал. Поворачивая голову, он издавал разные звуки — от сухого скрипа до глубокого горлового карканья. И городской шум будто подчинялся ему. Гудок автомобиля вдалеке — ворон поворачивался и отвечал коротким щелчком. Лай собаки — он издавал отрывистое «крранк!». Дети кричали на площадке — он раскачивался на ветке, сопровождая их визги протяжным ворчанием. Он был дирижером городского шума, превращая хаос в свою странную симфонию.
Наблюдение за этим черным маэстро заворожило меня. В этом был свой, особенный порядок.
Вот вид из окна «Алых Парусов» — город как на ладони.
Я направился к метро. У входа в «Щукинскую», на запотевшем стекле остановочного павильона, я провел ребром ладони, очистив окошко. И на этом стекле я мысленно вывел: «Кирилл Толль был здесь. Снимал полет в «Алых Парусах». И вспоминал, как в 90-е мы забирались на самые высокие холмы в этих местах и смотрели на огни аэропорта, загадывая желания на взлетающие самолеты». Ощущение юношеской надежды вернулось на мгновение.
А потом стекло снова запотело, скрыв послание. Потому что я, фотограф Кирилл Толль, уже был тут, на «Щукинской», в «Алых Парусах». Я поймал их размах. И я еще вернусь с камерой, чтобы сфотографировать того ворона-дирижера, или грозу, надвигающуюся с запада, или просто так — чтобы снова загадать желание на пролетающий самолет. Обязательно вернусь.
Дневник фотографа про эстетику медицинских пространств 43
Съемка в частной клинике на Ленинском проспекте требовала особого подхода. «Покажите стерильность без холода», — просил главный врач. Белые поверхности, хромированные детали, рассеянный свет — все создавало ощущение чистоты и безопасности. Съемка медицинских интерьеров требует баланса между техничностью и человечностью. Нужно передать атмосферу доверия, где каждая деталь работает на выздоровление. Фотограф Кирилл Толль для съемки медицинских интерьеров на Ленинском проспекте становится специалистом по визуальной терапии. Мы использовали мягкий заполняющий свет, который убирал резкие тени, снимали крупные планы тактильных деталей — деревянных ручек, тканевой обивки кресел. «Архитектура должна лечить», — говорил врач. Наши кадры показывали, как пространство становится частью терапевтического процесса, создавая среду, где технологии служат человеку.