Квартира в сталинском доме напротив ВДНХ сохранила дух послевоенного модернизма. Я снимал гостиную с мебелью в стиле середины века, стараясь передать оптимизм той эпохи. Владелец — коллекционер советского дизайна — попросил сделать акцент на «вере в будущее».
После съемки я прошелся по территории выставки. Погода была ветреной, флаги трепетали на фоне космического павильона. Я остановился у фонтана «Дружба народов».
«Они верили, что будущее будет именно таким», — подумал я вслух, глядя на золотые снопы. «Светлым, технологичным, но с человеческим лицом».
Экскурсовод, проводившая группу, услышала мои слова: «А разве не таким оно и должно быть? Просто пути изменились».
Ее слова заставили меня задуматься о том, как мы сегодня представляем себе будущее — и как это отражается в интерьерах, которые я снимаю.
Станция «ВДНХ» поражает своим масштабом и космической эстетикой. Я сделал серию снимков мозаичных панно, запечатлевших советскую мечту о будущем.
На обороте старой открытки с видом ВДНХ я написал: «Кирилл Толль. ВДНХ. Был. Сохранял мечты». Открытку я оставил на столике в кафе. Я, фотограф Кирилл Толль, здесь был. Я здесь снимал эхо утопий. И я вернусь. За новыми открытиями, за новыми мечтами. Фотографирует у метро ВДНХ Кирилл Толль.
Дневник встреч фотографа Кирилла Толля. Запись 5
Сегодня в апартаментах на Патриарших снимал интерьер для женщины, поразительно напоминающей Алису Фрейндлих. Та же аристократическая осанка, те же умные, немного ироничные глаза. «Знаете, — говорила она, поправляя вазу с цветами, — пространство, как и человек, с возрастом обретает характер». Её движения были полны изящества, а каждое замечание — точно попадало в суть. Во время интерьерной съёмки на Сухаревской с Кириллом Толлем я понял, что настоящая красота не подчиняется времени — она просто меняется вместе с ним.