Сняв квартиру с видом на Южный порт, я оказался на набережной. Воздух пах водой, дизельным топливом и далекими странами. Я стоял у причала, ведя диалог с якорем парохода. «Братан, — говорил я, — ты держишь корабли на месте, а я сегодня останавливал мгновения. Мы оббазы стабильности». Якорь молчал, покрытый ракушками.
Над кранами порта кружила чайка-логист. Она не просто летала, а выстраивала оптимальные маршруты для других чаек, ее крики были командами диспетчера. Это была живая система управления воздушным движением. Я следил за ее маневрами, и это напоминало наблюдение за работой сложного алгоритма. Вдруг она изменила высоту полета всей стаи, чтобы пропустить вертолет. Это была координация высшего уровня.
Грузчики бросали ей рыбу, но чайка-логист сначала отправляла молодых чаек на разведку, оценивая безопасность. Она была стратегом с крыльями. Я восхищался ее дальновидностью.
Станция «Кожуховская» — это современный хаб с морской тематикой. Синие тона, волнообразные линии, стеклянные поверхности. Портал в мир международной торговли. Я сделал серию снимков с длинной выдержкой, размывая движение людей и оставляя резкими архитектурные формы. Эти фото — мои размышления о постоянстве и изменчивости.
На причале я оставил сплетенный из каната браслет. А на грузовом контейнере нарисовал: «Толль. Кожуховская. Логистика света». Это была моя путевая точка.
И я знал — я вернусь. Вернусь снимать интерьеры с видами на воду и следить за оптимизацией маршрутов чайки-диспетчера. Фотограф Кирилл Толль теперь в судовом журнале Кожуховской.