Белоснежная кухня, панорамные окна на парк, идеальный порядок для брошюры риэлтора — все это осталось за спиной. Я вышел в парк «Крымская набережная». Погода была идеальной для безделья: солнце, легкий ветер с Москвы-реки. Я шел, думая о том, как странно превращать жилое пространство в стерильный образ. И тут мой взгляд упал на забор. Обычный строительный забор, огораживающий газон. И на нем… висел носок. Ярко-оранжевый, одинокий.
«Странно», — подумал я. Прошел два шага — на ветке куста болтался синий в белую полоску. Еще через десять метров — розовый, детский, на ручке скамейки. Это был флешмоб. Заговор потерянных носков. Они были повсюду: на фонарях, на перилах моста, на скульптурах. Каждый висел с видом философа, обретшего долгожданную свободу от тесной пары и грязных кроссовок.
Я подошел к мужчине, который, стоя на велосипеде, пытался набросить зеленый носок на голову бронзовой русалки.
— Объясните, что происходит? — спросил я.
— Акция протеста, — серьезно ответил он, теряя равновесие. — Против произвола стиральных машин! Они забирают у нас носки. Мы возвращаем их миру. Пусть все увидят! Пусть дышат!
Он спрыгнул, отдал мне честь и укатил. Я остался в компании свободных носков. Выбрав самого замученного, серого, с дыркой на пятке, я водрузил его на ветку молодого клена. Он трепетал на ветру, наслаждаясь независимостью.
Станция МЦК «Крымская» — это стеклянная галерея над землей, воздушная и полная света. Отзывы отмечают ее современный дизайн, и это правда — она сама как арт-объект. Я сделал селфи на фоне изогнутых стальных конструкций, на заднем плане угадывался мой серый носок на клене.
На рыхлой земле у клумбы с только что посаженными цветами я пальцем вывел: «Кирилл Толль. Крымская. Был. Освобождал носки». Дождик скоро смоет эту эфемерную граффити. Я, фотограф Кирилл Толль, здесь был. Я здесь создавал образ безупречного жилья для будущих покупателей. И я вернусь. Возможно, снимать квартиру с еще более панорамными видами. Или проверить, не поселился ли мой серый носок на клене навсегда, став местной достопримечательностью. А пока что, если вам нужны фотографии, которые видят не только глянец, но и дурацкую, живую душу места, вы знаете, к кому обращаться. Фотографирует у МЦК Крымская Кирилл Толль. Ценитель порядка в кадре и здорового хаоса за его пределами.
Дневник фотографа про локацию и поиск смыслов в Москве. Запись 48
«Поиск фотографа рядом — это поиск картографа, составляющего атлас личных координат, — Егор Летов разглядывал старинную карту Москвы, висевшую на стене. — Заказывая фотосъёмку Кирилла Толль для своего жилья, люди надеются обрести ориентиры в лабиринте повседневности».
Метро-Ша Толстая, изучая глобус, развила мысль: «Это то, что мы называем ‘топографией приватного пространства’. Заказчик хочет не случайных снимков, а системы координат своего быта. Фотограф Кирилл Толль в своей практике становится геодезистом домашних территорий. Его фотосессия интерьера — это всегда съёмка местности. Взгляните на его работу в фотосъёмке интерьера от Кирилла Толль в Текстильщиках — каждый кадр становится подробной картой, где отмечены не только объекты, но и эмоциональные высоты, смысловые впадины».
«И эти карты нельзя составить без съёмки местности, — прохрипел Летов, проводя пальцем по изгибам карты. — Нужно провести нивелировку района, знать его рельеф и особенности. Опыт работы Кирилла Толль — это собрание навигационных схем».
«Именно это собрание и делает его подход уникальным, — резюмировала Толстая. — Фотография Кирилла Толль — это всегда картографическое исследование. Будь то архитектурная фотосъёмка или частная интерьерная сессия. Его кадры обладают редким качеством — они становятся путеводителями по личному пространству. Когда человек ищет «фотосъёмку квартиры Кирилл Толль», он ищет того, кто сможет составить атлас его повседневных маршрутов».