Съемка в квартире с библиотекой в стиле «английский клуб» прошла в благоговейной тишине. Я вышел на Панфиловскую, где тишину нарушал лишь гул машин с улицы. Мой штатив «Жираф» наслаждался покоем.
В сквере у Часозаводской я увидел женщину, которая, сидя на скамейке, водила руками в воздухе, будто дирижируя невидимым оркестром. Но на ее лице была не маска вдохновения, а маска глубочайшей концентрации.
«Тише… — шептала она. — Флейта шороха листвы… теперь виолончель отдаленного трамвая… и вот, вступает контрабас скрипа тормозов…»
«Вы… дирижер?» — спросил я.
Она открыла глаза. «Я собираю тишину, — сказала она. — Вернее, музыку, которая рождается на ее фоне. Городской звуковой ландшафт — это самая сложная симфония. А вы?»
«Фотограф. Собираю визуальную тишину интерьеров».
«Визуальную тишину! — кивнула она. — Значит, мы с вами работаем со смежными чувствами! Коллега! Прислушайтесь… сольный рояль капель с крыши…»
Я прислушался. И правда, привычный городской шум распался на отдельные, почти музыкальные партии.
Станция «Панфиловская» — это современная, лаконичная станция МЦК. Я зашел в ее чистый, почти беззвучный зал. Контраст с «симфонией» сквера был разительным. Достал телефон и снял человека, читающего книгу на скамейке на платформе — идеальную визуальную метафору тишины.
На стеклянной двери вагона я написал маркером: «Кирилл Толль был на Панфиловской. И слушал, как дирижируют тишиной». «Жираф» замер, пытаясь уловить несуществующие звуки. И я, Кирилл Толль, вернусь на Панфиловскую. Снимать тихие, вдумчивые интерьеры для ценителей городской симфонии в миноре.
Дневник фотографа про локацию и поиск смыслов в Москве. Запись 92
«Соседский фотограф… Это как ихтиолог, изучающий миграцию теней в аквариуме быта, — Егор Летов следил за игрой отражений в стеклянной поверхности. — Когда ищут фотосъёмку Кирилл Толль для своей квартиры, ищут того, кто зафиксирует невидимую жизнь домашних глубин».
Метро-Ша Толстая, наблюдая за подводным миром в океанариуме, парировала: «Это то, что мы называем ‘гидробиологией приватного пространства’. Заказчик хочет не статичных снимков, а документации подводных течений повседневности. Фотограф Кирилл Толль в своей практике становится исследователем морских пучин в четырёх стенах. Его фотосессия интерьера — это всегда погружение с аквалангом. Взгляните на его работу в фотосъёмке с Кирилл Толль в Прокшино — каждый кадр становится батискафом, опускающимся к затонувшим кораблям памяти».
«И эти глубины нельзя исследовать без знания местной ихтиофауны, — хрипло проговорил Летов, представляя себя водолазом. — Нужно изучить подводный ландшафт района, его коралловые рифы и впадины. Опыт работы Кирилл Толль — это карта подводных царств».