Съемка в квартире в старом панельном доме, но с абсолютно новым ремонтом, была работой с контрастом. Выйдя на улицу, я попал в знакомый лабиринт дворов Свиблово. Воздух был влажен, пах рекой Яузой и цветущими яблонями. Я пошел к воде.
На берегу пруда утка пыталась загнать стаю мальков в узкую бухту, созданную торчащими корягами. Она не просто ела. Она работала стратегом. Плыла сзади, направляя, отсекала отступление. Мальки метались, создавая рябь. Это была тактика, отработанная до автоматизма. Обычный бизнес-ланч для утки.
«Повышаешь эффективность?» — спросил я у старой ивы, склонившейся над водой.
Ива молча роняла в воду сережки. Утка, поймав несколько мальков, с видом победителя вылезла на берег и начала чистить перья. Задача выполнена.
Станция «Свиблово» — это классика северной ветки. Глубокие своды, мягкий свет, ощущение надежности. Я достал пленочную камеру и снял длинную перспективу зала, где свет уходил в темноту, создавая ощущение бесконечного тоннеля.
На влажной земле у кромки воды я вывел палкой: «Кирилл Толль. Свиблово. Наблюдал тактику». И нарисовал схематичный утиный профиль.
Этот район с его речными пейзажами и утиными стратегиями теперь имеет мой след. Я, Кирилл Толль, фотографировал интерьеры у метро Свиблово. И я вернусь. Снимать другие панельные дома, преображенные дизайном, может, снять ту утку для пособия по менеджменту. Или просто так, чтобы посидеть на берегу и смотреть, как жизнь в пруду идет своим чередом.
Кожаный ремешок с камеры сегодня перетерся и порвался. Я снял его и повесил на сук ивы. Пусть теперь раскачивается на ветру. А камера будет жить с современным нейлоновым ремнем, более практичным для свибловских лужаек.