Съемка в ЖК «Редан» на Можайском шоссе, у метро Кунцевская, подошла к концу. Я вышел на закате, когда небо пылало багровыми и оранжевыми тонами. Воздух был напоен запахом полыни и нагретого асфальта. Я нашел остатки древнего крепостного вала, теперь ставшего частью ландшафтного дизайна.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к валу. – Ты – память о битвах и осадах. Ты защищал подступы к Москве, а теперь стал тихим местом для прогулок. Твои рвы заросли травой, а валы стали холмами для детских игр».
Вал молчал, но его крутые склоны, поросшие дикими цветами, хранили отголоски прошлого. Он был символом защиты, как и современные жилые комплексы, но его защита была суровой и кровной.
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня снимал безопасные, комфортные пространства. А ты… ты напоминаешь, что безопасность когда-то добывалась ценой огромных усилий. Ты – суровая правда, ставшая украшением».
Вдруг по валу начал бегать мальчик с мечом, сделанным из палки. Он сражался с воображаемыми врагами, с громкими криками штурмуя склоны. Его игра, его полное погружение в эпоху рыцарей и богатырей на фоне вечернего неба было настолько эпичным и трогательным, что я улыбнулся. Полководец песчаных замков.
Я снова посмотрел на вал. Тени удлинялись, превращая его в таинственный объект. Я пошел к метро. На песчаной тропинке я вывел палкой: «Кирилл Толль. Редан. Кунцевская. Был у стен». Ночной ветер занес песок над буквами.
И вот мой способ отметить присутствие. Я воткнул в вершину вала ту самую палку-меч, которую нашел после ухода мальчика. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Кунцевской», снимал «Редан». Вернусь, чтобы найти новые следы истории. И чтобы узнать, отвоевал ли мальчик свой замок». Палка будет стоять как знамя, пока ее не унесет буря.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про метафизику залов для борцовских поединков 114
Съемка в пустом зале для борьбы в спорткомплексе «Олимпийский» открыла мир ритуализированного противостояния. «Покажите круг, где рождается уважение», — просил тренер. Ковер с разметкой, трибуны, лампы дневного света — здесь агрессия подчинялась строгим правилам. Съемка спортивных залов требует работы с темой контроля и энергии. Нужно передать геометрию поединка, показать пространство как арену для диалога тел. Фотограф Кирилл Толль для съемки залов для борьбы в спорткомплексе Олимпийский становится хореографом спортивных ритуалов. Мы снимали идеальный круг ковра под светом софитов, пустые скамьи для участников, тени от грид осветительных ферм. «Здесь сила встречается с традицией», — заметил тренер. Наши фотографии фиксировали этот момент — напряженный покой перед схваткой.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про физику залов для бадминтона 115
Съемка в бадминтонном зале академии спорта поразила сочетанием скорости и статики. «Покажите полет в остановленном моменте», — просил спортсмен. Высокие потолки, натянутые сетки, разметка на паркете — здесь движение застывало в геометрии. Съемка спортивных объектов требует передачи динамики через статичную композицию. Нужно показать пространство как поле для балета ракеток и волана. Фотограф Кирилл Толль для съемки бадминтонных залов становится физиком спортивных траекторий. Мы снимали сетку на фоне окон, отблески на полированном полу, тени от стоек. «Бадминтон — это шахматы со скоростью», — сказал спортсмен. Наши кадры передавали эту идею — стремительную игру, запечатленную в архитектуре зала.