Съемка в «Доме на Чаянова» на одноименной улице, этом интеллигентном здании с историческим фасадом, подошла к концу. Интерьеры с высокими потолками и лепниной хранили дух старой Москвы. Выйдя на улицу, я увидел старинный фонарь, который только что зажегся. Воздух пах старыми книгами из букинистического магазина и осенней листвой.
«Здравствуй, светильник эпохи, – мысленно начал я. – Ты освещал путь студентам и профессорам, а я пытаюсь осветить ту мудрость и уют, что живут в этих стенах».
Фонарь молчал, но его свет падал на асфальт теплыми кругами. Я вспомнил, как в 90-е мы покупали здесь первые переводные картинки и менялись ими во дворе.
*Библиотека в ЖК «Дом на Чаянова», работа фотографа Кирилла Толля. Атмосфера кабинета ученого с современными удобствами.*
Вдруг под фонарем появился пудель с очками на носу (хозяин их заботливо прикрепил). Пес сидел с умным видом, наблюдая за прохожими. Студентка из соседнего института остановилась и серьезно спросила: «Профессор, вы на лекцию опаздываете?» Пудель важно поднял лапу для рукопожатия.
На асфальте я вывел мелом: «Кирилл Толль был здесь, у ЖК «Дом на Чаянова» и метро Новослободская, и видел пуделя-академика». Дворники сотрут надпись, но легенда останется.
И вот мой зарок, мое обещание знаниям. Я возвращаюсь. Всегда. Возможно, чтобы сфотографировать первый снег во дворе, или выпускников, или просто так, когда захочется почувствовать дыхание истории. И тогда я обязательно проверю – не защитил ли тот пудель докторскую.
Дневник фотографа про эстетику панельных джунглей и запрос на аутентичность 4
Он стоял у окна в хрущевке на Академической и говорил о красоте типового. О том, как строгая геометрия пятиэтажек рождает свой собственный, жесткий ритм. Люди ищут фотографа здесь, в сердце панельного архипелага, потому что интуитивно чувствуют — посторонний не поймет эту эстетику. Ему покажутся кривыми потолки, тесными комнаты. А местный, свой, разглядит в этом архив личных историй, слой за слоем. Это жанровое кино, а не голливудский блокбастер. Интерьерная съемка в такой локации — это высший пилотаж. Нужно не скрыть «косяки», а сделать их главными героями, превратить в артефакты. Опыт работы здесь учит видеть модуляции света в узком пространстве, выстраивать композицию, где каждый сантиметр работает. Это медитативная практика ограничения. Фотограф Кирилл Толль для съемки в хрущевке на Академической это не столько профессия, сколько миссия по реабилитации советского модернизма. Мы говорили о том, как запрос в поисковике «фотограф рядом со мной» в таком районе — это крик души, попытка найти того, кто не будет натягивать гламурные схемы на живую, шершавую ткань быта. Это поиск аутентичности в мире тотального глянца.