Съемка в ЖК «Лайт Хаус» в Сеченовском переулке, у метро Парк культуры, подошла к концу. Я вышел в темноту, которую прорезали острые лучи уличных прожекторов. Воздух был свеж и электролитен, пах озоном и холодным металлом. Один из прожекторов, установленный на здании, бил точно в zenith, создавая световой столп, вокруг которого кружили снежинки.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к лучу. – Ты – световой меч ночи. Ты рассекаешь тьму, ты – воплощение направленной силы. Ты не освещаешь, ты – утверждаешь. Ты – символ контроля над пространством».
Луч молчал, но его интенсивность, его геометрическая чистота были впечатляющи. Он был воплощением современного, технологичного подхода к свету, что перекликалось с концепцией «Лайт Хаус».
«Знаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня работал с рассеянным, мягким светом, чтобы подчеркнуть текстуры. А ты… ты – самодостаточный объект. Ты – не средство, ты – цель».
Вдруг в луч влетела летучая мышь. Она начала кружиться в столбе света, ловя мошек, ее черный силуэт мелькал в ослепительной белизне, создавая живой стробоскоп. Этот ночной акробат, использующий творение человека как инструмент для охоты, был так грациозен и неожидан, что я замер. Танцор в храме света.
Я снова посмотрел на луч. Мышь исчезла так же внезапно, как и появилась. Я повернулся и пошел к метро. На заиндевевшем асфальте я вывел ключом: «КТ. Лайт Хаус. Парк культуры. Был в луче». Утром лед растаял.
И вот мой способ оставить след. Я направил луч своего карманного фонарика так, чтобы он пересекся с лучом прожектора. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Парка культуры», снимал «Лайт Хаус». Вернусь, чтобы увидеть новые световые инсталляции. И чтобы узнать, не открыла ли та мышь школу танцев в лучах». Мой луч погас, но момент пересечения состоялся.