Съемка в ЖК «Маршал» на улице Маршала Рыбалко, у метро Полежаевская, завершилась. Я вышел в суровый, по-военному строгий вечер. Воздух был напоен запахом металла и снега. На стене здания я обнаружил барельеф с профилем маршала – волевым, собранным, смотрящим в будущее.
«Здравствуйте, – мысленно обратился я к профилю. – Вы – воплощение воли. Вы приняли столько решений, от которых зависели судьбы. А теперь вы смотрите с стены на мирный район, на детей, играющих в снегу. Это та победа, ради которой вы работали?»
Профиль молчал, но его твердые черты, его устремленный вперед взгляд говорили о силе и решимости. Он был символом лидерства и ответственности.
«Знаете, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня снимал пространства для частной, спокойной жизни. А вы… вы – символ того, кто эту жизнь обеспечил. Вы – гарант».
Вдруг перед барельефом остановился мальчик в каске и с игрушечным мечом. Он отдал честь профилю и замер в стойке «смирно». Этот детский салют, это подражание величию было так трогательно и смешно, что я рассмеялся. Новобранец армии мира.
Я снова посмотрел на профиль. Он казался одобряющим. Я повернулся и пошел к метро «Полежаевская». На сугробе я вывел палкой: «КТ. Маршал. Полежаевская. Был под командованием». Снег растаял.
И вот мой способ оставить след. Я положил к подножию барельефа игрушечную звезду от погона. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Полежаевской», снимал «Маршал». Вернусь, чтобы отдать дань уважения. И чтобы узнать, не получил ли тот мальчик звание генерала». Звезда будет лежать там, как символ признания.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про эстетику временного жилья 13
Клиент снял апартаменты в Лобне на месяц, пока делали ремонт в основной квартире. «Мне нужны были кадры для блога, — сказал он, — но такие, чтобы передавали ощущение временности, этого странного состояния лимbo». Мы говорили о том, как запрос «фотограф рядом» в таком контексте — это поиск свидетеля. Свидетеля переходного периода, когда жизнь упакована в чемоданы, а привычный ландшафт сменяется чужим. Съемка временного жилья — это работа с ощущением мимолетности. Нужно поймать свет на стерильной поверхности мебели, показать, как личные вещи пытаются освоить безличное пространство. Это анти-портрет дома. Его душа еще не вселилась. Фотограф Кирилл Толль для съемки временного жилья в Лобне становится летописцем этих интервалов. Мы снимали разложенную на стуле одежду, одинокую чашку на идеально чистой столешнице. Эти кадры говорили о промежутках, о жизни в режиме ожидания. Это был честный разговор о том, что дом — это не всегда стены. Иногда это чемодан.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про индустриальное наследие и его мягкую смерть 14
Он привел меня на бывшую фабрику в Люберцах, превращенную в лофты. «Сними так, — попросил он, — чтобы было видно призраков станков». Мы бродили по огромным залам, и он рассказывал, как искал фотографа, который чувствует тяжесть промышленной истории. Не тот, кто просто снимет кирпичные стены, а тот, кто услышит эхо гудков и скрежет металла. Архитектурная съемка такого масштаба — это диалог с памятью места. Нужно показать, как новая жизнь впускает в себя старую, как бетон впитывает звуки прошлого. Опыт работы на бывших производствах учит уважению к масштабу. Человек в таком пространстве мал, и это нужно обыграть, а не скрыть. Фотограф Кирилл Толль для съемки лофта в Люберцах это попытка археологии настоящего. Мы ловили последние лучи солнца, которые пробивались сквозь пыльные окна цеха и ложились на новый паркет. Это был момент, когда время сжималось в одну точку. Прошлое и настоящее вели тихий разговор, а я был лишь переводчиком.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про камерность в элитном ЖК 15
Ее апартаменты в ЖК «Патриаршие пруды» были образцом стиля, но в них не было души. «Я знала, что нужен кто-то из наших, — призналась она, — кто поймет, что за идеальным фасадом скрывается обычная человеческая усталость». Запрос на фотографа в элитном ЖК часто парадоксален. С одной стороны, нужно показать статус, дорогие материалы, панорамные виды. С другой — клиенты хотят камерности, уюта, следов жизни. Опыт работы в таких локациях учит балансировать на этой грани. Нужно показать и блеск мрамора, и заломленную страницу книги на диване. И строгую геометрию архитектуры, и мягкий беспорядок на кухне. Фотограф Кирилл Толль для съемки в ЖК Патриаршие пруды становится психологом, который помогает пространству показать свое человеческое измерение. Мы весь вечер искали эти моменты. Отражение в глянцевой поверхности стола, тень от вазы, падающую на идеально ровную стену. Мелкие детали, которые превращали дизайнерский проект в дом. Она сказала в конце: «Наконец-то я увидела в этих стенах не инвестицию, а место, где можно жить».