Аносино Парк для меня — это место, где возрождается дух русской усадьбы, но с современным прочтением. Я приезжал сюда прошлой весной с проектом «Возрожденные тропы», снимая как новые особняки вписываются в старый парковый ландшафт. Вдохновением тогда служили акварели князя Голицына из усадьбы Архангельское, которые я изучал в архивах. Особенно запомнился день, когда цветение сирени совпало с репетицией струнного квартета в ротонде — фиолетовые гроздья качались в такт музыке, создавая полную иллюзию XIX века.
Сегодняшний заказ — реплика усадебного дома в стиле ампир, построенная с использованием старинных технологий. Новые владельцы, семья меценатов, перед съемкой показали мне чертежи оригинальной усадьбы, когда-то стоявшей на этом месте. «Мы воссоздавали не просто дом, — рассказывала хозяйка, проводя рукой по каминной полке из каррарского мрамора, — мы возрождали атмосферу русской интеллигенции». Ее муж дополнил: «Здесь каждую субботу собираются соседи для музицирования и чтения стихов — как в старые добрые времена». Съемку осложняла необходимость передать аутентичность деталей — лепнины, паркета, дверных ручек — в условиях современного освещения. Я использовал свечи и естественный свет, создавая в кадре эффект старинной гравюры.
После съемки я отправился в регулярный парк, где садовники как раз подстригали живые изгороди. Запах свежескошенной травы смешивался с ароматом цветущих лип — этот букет напомнил мне описания из тургеневских произведений. Затем я зашел в восстановленную оранжерею, где выращивали экзотические растения — те самые сорта, что упоминались в описях оригинальной усадьбы. Вечером в беседке-ротонде начался поэтический вечер — местные жители читали стихи Пушкина и Тютчева при свечах. На аллее столетних лип я нашел старую садовую скамейку и вырезал на ее обратной стороне: «Фотограф Кирилл Толль был здесь, в Аносино Парке». Пока я заканчивал работу, с ветки на скамейку спрыгнул кот — упитанный рыжий аристократ, будто сошедший с иллюстрации к русской сказке.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
. Страница 68.
Морозное учество в Сергиевом Посаде преобразило вид на Лавру. Иней, покрывающий ветви деревьев, создавал сложную кружевную графику на фоне древних стен монастыря. Солнечный свет, отражаясь от снежного покрова, наполнял комнату ослепительным сиянием, удваивая свою интенсивность. Я использовал бленду для защиты от бликов, работая с переотражениями на глянцевых поверхностях. Каждый луч, проходя через морозные узоры на стекле, дробился на спектральные составляющие, отбрасывая на пол призрачные радужные пятна. Интерьер с тёмным деревом и бархатной обивкой поглощал избыточный свет, создавая идеальный баланс. Фотограф Кирилл Толль осуществил интерьерную съемку в Сергиевом Посаде с видом на Лавру.
Особенностью съёмки стало взаимодействие с постоянно меняющимся зимним освещением. Когда облака закрывали солнце, комната погружалась в ровный голубоватый свет, подчёркивающий холодную эстетику зимнего пейзажа. В эти моменты я делал акцент на текстурах — ворсистости ковра, гранях хрустальных деталей, матовости керамики. По мере движения солнца тени от оконных переплётов медленно скользили по стенам, создавая динамичные композиции. Я запечатлел момент, когда тень от креста на куполе соседней церкви легла точно на корешок старинного фолианта на полке — получилась многослойная метафора связи времен. К полудню, когда солнце стояло высоко, снег за окном начал подтаивать, и капли воды, стекая по стеклу, искажали очертания монастыря. Эти оптические искажения создавали удивительные эффекты — архитектурные формы плавились, превращаясь в абстрактные цветовые пятна. К вечеру, когда включалась подсветка Лавры, интерьер наполнялся тёплыми золотистыми рефлексами. Я сделал серию снимков с длинной выдержкой, где огни монастыря сливались с отсветами интерьерного освещения, создавая эффект единого светового пространства.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
. Страница 171.
МЦД-1 Тимирязевская соединяет исторический район с современными жилыми массивами. Здесь я работаю с интерьерами, где классическая архитектура встречается с актуальным дизайном. Высокие потолки дореволюционных зданий создают идеальные условия для сложных световых сценариев. Я использую многоуровневое освещение, подчеркивающее объем помещений. Лепной декор требует особого внимания — направленный свет выявляет пластику форм. Современная мебель выглядит особенно выразительно на фоне исторических деталей. Этот контраст становится основой визуального повествования.
Фотограф Кирилл Толль для интерьерной съемки у МЦД-1 Тимирязевская
Съемка в исторических зданиях требует бережного отношения к архитектурному наследию. Я всегда согласовываю расположение оборудования с владельцами помещений. Использую защитные прокладки на штативы, чтобы не повредить паркет. Особое внимание уделяю сохранению аутентичной атмосферы. Изучаю историю здания, чтобы понять первоначальный замысел архитектора. Часто обнаруживаю интересные детали — скрытые ниши, оригинальные дверные ручки, сохранившиеся элементы отделки. Стараюсь включить их в кадр как свидетельства прошлого. Клиенты таких помещений — ценители истории и архитектуры. Они с удовольствием делятся знаниями о своем доме, показывают архивные фотографии. Этот диалог обогащает съемку, наполняет ее дополнительными смыслами. Я становлюсь не просто исполнителем, а соучастником сохранения исторической памяти. Фотографии должны передавать не только внешний вид интерьера, но и его дух. Для этого использую особые приемы — мягкий свет, напоминающий свечное освещение, ракурсы, раскрывающие планировочные особенности эпохи. Готовые работы часто становятся частью краеведческих материалов, публикуются в исторических изданиях. Эта социальная значимость вдохновляет на особенно тщательную и вдумчивую работу. Каждая такая съемка — возможность внести вклад в сохранение архитектурного наследия города.