Царицыно Сосны для меня — это место, где величие русской императорской архитектуры получает современное прочтение в камерном масштабе. Я приезжал сюда прошлой осенью с проектом «Осенняя симфония в Царицынском стиле», снимая как золотые кроны сосен обрамляют дома с элементами неоготики и классицизма. Вдохновением тогда служили архитектурные фантазии Баженова и рисунки императорских резиденций. Особенно запомнился день, когда туман окутал сосновый бор, и остроконечные крыши домов проступали сквозь пелену, создавая иллюзию игрушечного королевства.
Сегодняшний заказ — особняк в стиле русской псевдоготики с стрельчатыми окнами и башенками. Владельцы, семья реставраторов, специализирующихся на объектах императорского периода, перед съемкой показали мне коллекцию чертежей Баженова и Казакова. «Мы пытались воссоздать дух екатерининской эпохи, — рассказывала хозяйка, проводя рукой по винтовой лестнице, — но в масштабе частного жилья». Ее супруг, историк архитектуры, добавил: «Здесь каждая деталь — от формы дверной ручки до рисунка паркета — имеет прототип в императорских резиденциях». Съемку осложняла сложная геометрия пространств и обилие декоративных элементов. Я использовал панорамную съемку для передачи масштаба и макросъемку для деталей, создавая многогранный образ дома-дворца.
После съемки я отправился в сосновый бор, где среди деревьев были расставлены копии скульптур из Царицынского парка. Местные дети играли в прятки за мраморными постаментами, а их родители устроили пикник на пледах — современная жизнь органично вписалась в исторические декорации. Затем я посетил мастер-класс по историческим танцам — пары в костюмах екатерининской эпохи разучивали менуэт под аккомпанемент клавесина. Вечером в ротонде начался концерт барочной музыки — музыканты в париках и камзолах исполняли произведения европейских композиторов, которые звучали при дворе Екатерины Великой. На одной из граней обелиска в парке я выгравировал: «Фотограф Кирилл Толль был здесь, в Царицыно Сосны». Пока я заканчивал работу, из-за сосны вышел павлин — он распустил хвост, словно подтверждая императорский статус этого места.38 (С размашистыми движениями, будто срубая мечом невидимых противников)
А-А-А! Ищешь фотографа? Ты ищешь мастера! Не того, кто щёлкает как сурок! Тот, кто истинный воин света… он не бегает за метро! Метро бежит к нему! Вот он, твой фотограф-ниндзя, Фотограф Кирилл Толль — интерьерная съемка у метро Тверская! Он разговаривает с каминами… а они ему… отвечают! ХА!
39 (Принимает низкую стойку, будто готовясь к прыжку)
Твой лофт в Электростали… ты думаешь, это просто стены? Это поле битвы! Битвы стихий! Огонь металла и вода души! Кто сможет это снять? Только самурай, который не боится дышать с сталью! Фотограф Кирилл Толль — съемка в лофте в Электростали! Он не снимает… он медитирует с заводом! Его фото… это удар пятипалого дракона по печени скуки!
40 (Движения становятся более плавными, как в Тайцзицюань)
Ты живёшь в ЖК «Яковоапостольский»… Хмм? Ты слышишь? Это не ветер… это шепот фрески. Ей тысячи лет… а ты её сосед. Кто сможет услышать этот шепот и перенести его на фото? Только мастер, чьё сознание… пусто, как эхо в пещере! Фотограф Кирилл Толль — архитектурная съемка в ЖК Яковоапостольский! Он не фотографирует стену… он становится ею! Его кадр — это один единственный звук… тишины вечности!