Съемка в «Необыденном Доме» в 1-м Обыденском переулке подходила к концу, когда последний луч солнца упал на паркет, подсветив вековые узоры дерева. Я вышел на улицу, ощущая легкую грусть, как будто оставлял за спиной не просто квартиру, а страницу старого альбома. Воздух в переулке был густым, пахнущим древесиной и прохладой. Я направился к Обыденскому переулку, ведя безмолвную беседу с фонарем, чей свет только что зажегся, робко пробиваясь сквозь вечернюю синеву.
У сквера, что напротив храма Илии Пророка, я стал свидетелем любопытной сцены. На лавочке сидел молодой человек, увлеченно читавший книгу. Рядом, на спинке скамьи, восседала важная, блестящая смоляным оперением ворона. Она внимательно, с наклоном головы, наблюдала за движением его глаз по строкам. Казалось, она режиссирует этот кадр: «Вот так, застынь с этим задумчивым взглядом. Прекрасно. Теперь переверни страницу… медленнее, с чувством!» Человек, погруженный в чтение, был абсолютно не aware о своем пернатом режиссере. А ворона, удовлетворенная композицией, каркнула разок — «Снято!» — и тяжело взмыла в воздух.
*Кабинет с видом на переулок в ЖК «Необыденный Дом». Фотограф Кирилл Толль.*
Пора было двигаться к метро «Кропоткинская». Я шел, улыбаясь этой немой режиссуре. У самого входа в подземелье, на мокром после полива асфальте, я увидел отражение фонаря — расплывчатый золотой круг. Я достал ключ и обвел это светящееся пятно, превратив его в импровизированный видоискатель. А внутри, мысленно, поставил штамп: «Кирилл Толль. Был на съемках. Вернется за новыми кадрами».
Я уже спускался по эскалатору, представляя, как ворона ищет себе нового актера для вечернего спектакля. Я обязательно вернусь в этот ЖК у метро «Кропоткинская», чтобы сфотографировать еще один уголок этого удивительного дома. А если сюжеты иссякнут, я просто приду в сквер и подожду, пока ворона-режиссер не назначит меня своим новым оператором.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про хроники цветочных теплиц 66
Тепличный комплекс в Митино работал к 8 Марта на пределе возможностей. «Сними рождение цвета», — просил флорист. Влажный воздух, ряды цветущих растений, особая световая атмосфера — здесь природа подчинялась человеческому календарю. Съемка теплиц требует работы с хрупкой материей. Нужно передать интенсивность цвета, нежность лепестков, масштаб производства красоты. Фотограф Кирилл Толль для съемки теплиц в Митино становится ботаником визуальных образов. Мы использовали контровой свет, пронизывающий лепестки, снимали капли воды на растениях, показывали работу флористов как священнодействие. «Теплица — это фабрика весны», — заметил флорист. Действительно, наши фотографии передавали это чудо — создание праздника в промышленных масштабах.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про метафизику переплетных мастерских 67
Переплетная мастерская в районе Чистых прудов сохранила технологии XIX века. «Сними вторую жизнь книги», — просил переплетчик. Прессы для тиснения, стеки для золочения, запах кожи и клея — здесь старые книги обретали новое существование. Съемка переплетных мастерских требует внимания к деталям ремесла. Нужно передать тактильность материалов, магию реставрации, уважение к старой книге. Фотограф Кирилл Толль для съемки переплетных мастерских у Чистых прудов становится реставратором визуальной памяти. Мы снимали процесс золочения обреза, текстуры кожи разных эпох, инструменты как продолжение рук мастера. «Переплет — это архитектура для книги», — сказал переплетчик. Наши кадры показывали это искусство — создание достойного дома для текста.