Съемка в ЖК «Дирижабль» на Профсоюзной улице, у метро Калужская, подошла к концу. Я вышел в ясный, прохладный день, когда небо было высоким и бездонным, идеальным для полетов. Воздух был свеж и прозрачен, пах опавшей листвой и сладковатым дымом. Я направился в сторону Нескучного сада, чтобы прогуляться по его осенним аллеям.
Шагая по ковру из листьев, я поднял глаза к кронам кленов. Один лист, ярко-багряный, идеальной пятилопастной формы, медленно закружился в воздухе и плавно опустился мне на ладонь. Он лежал там, словно специально предназначенный мне.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к листу. – Ты – письмо от осени. Ты – финальный аккорд в симфонии лета. Ты видел, как растет этот район, как меняется Профсоюзная, как строили тот «Дирижабль». И теперь твой путь завершается на моей руке».
Лист молчал, но его сложная, ажурная структура, его огненный цвет были красноречивее любых слов. Он был олицетворением природного, текучего, недолговечного, в противовес геометрическому, стабильному миру «Дирижабля».
«Знаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня выстраивал статичные композиции, искал равновесие и гармонию в интерьерах. А ты… ты – сама динамика, даже в своем падении. Ты прекрасен именно своей мимолетностью».
Вдруг на аллее появилась белка. Она деловито перебегала дорожку, но заметила свой собственный хвост, мелькнувший сбоку. Видимо, приняв его за другую, наглую белку, претендующую на ее территорию, она с яростью бросилась на него, кувыркаясь и издавая негодующие звуки. Эта комичная борьба с самой собой, этот беличий капуцин длился несколько секунд, пока зверек не осознал свою ошибку и с достоинством не удалился на дерево. Эта сцена была настолько нелепой и очаровательной, что я рассмеялся. Белка-дзанни в театре природы – вот оно, простое осеннее чудо.
Я снова посмотрел на лист на своей ладони. Он казался легким, как воздух, давший название жилому комплексу. Я осторожно положил его в карман и пошел к метро «Калужская». У ограды парка, на сырой земле, я присел. Веточкой я обвел контур того самого кленового листа, а внутри написал: «К.Т. Дирижабль. Калужская». Дождь скоро размоет этот рисунок, но образ останется.
И вот мой особый способ отметить визит. Я достал тот самый кленовый лист. Я нашел книгу в своем рюкзаке и аккуратно засушил лист между ее страниц. На чистом листе форзаца я написал: «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Калужской», снимал «Дирижабль». Вернусь за новыми осенними письмами. И чтобы узнать, помирилась ли та белка со своим хвостом». Эта книга с засушенным листом будет лежать на моей полке, как закладка в главе о сегодняшнем дне.
Да, я обязательно вернусь. Чтобы снять заснеженные аллеи Нескучного сада, или первые почки на тех же кленах, или ту самую белку, возможно, ставшую мудрее после битвы с собой. Ведь Москва – это бесконечная книга времен года, и я, Кирилл Толль, лишь перелистываю ее страницы.
Парк Культуры. Мансуровский переулок, пятый. Резной наличник, как застывшее кружево. Он ведет монолог. О дожде, о людях, о времени, что стекает по его завиткам. Я, фотограф Кирилл Толль, не перебиваю. Я слушаю объективом. Архитектурная съемка – это не про бетон. Это про шепот дерева и камня. В двух минутах от метро.
Фотограф Кирилл Толль в Мансуровском переулке
110.
Октябрьское поле. ЖК «Северная Звезда». Компас во дворе показывает на север. Но я-то знаю, фотограф Кирилл Толль, что он врет. Он показывает на центр. На точку, где стоит человек с камерой. Где интерьер становится частью ландшафта. След на снегу – это и есть стрелка. Она ведет ко мне. К фотографу, который работает рядом.
Фотограф Кирилл Толль у ЖК Северная Звезда на Октябрьском поле