Съемка в ЖК «Остоженка Парк Палас» в Хилковом переулке, у метро Парк культуры, подошла к концу. Я вышел в густые, бархатные сумерки. Воздух был напоен запахом дорогого табака и цветущих каштанов. Ограда особняка была украшена кованой решеткой невероятной сложности – с лилиями, завитками и птицами, застывшими в полете.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к решетке. – Ты – застывшая музыка в железе. Ты – граница между внешним и внутренним, публичным и частным. Ты пропускаешь взгляды, но останавливаешь шаги. Ты – искусство, несущее функцию».
Решетка молчала, но ее ажурный узор, отбрасывающий причудливые тени на тротуар, был красноречив. Она была символом избранности, защищенности, что полностью соответствовало духу «Остоженка Парк Палас».
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня снимал приватное пространство, открывая его для всеобщего обозрения на фотографиях. А ты… ты охраняешь приватность. Мы с тобой – две стороны одной медали».
Вдруг к решетке подошел кот. Он просунул лапу между прутьями, пытаясь поймать бабочку, порхающую с внутренней стороны. Его сосредоточенность, его вера в то, что преграда преодолима, были так трогательны и комичны, что я улыбнулся. Охотник за невозможным.
Я снова посмотрел на решетку. Бабочка улетела, а кот с обидой ушел. Я повернулся и пошел к метро. На пыльном капоте припаркованного автомобиля я вывел пальцем: «КТ. Остоженка Парк Палас. Парк культуры. Был у границы». Владелец машины стер надпись, уезжая.
И вот мой способ оставить след. Я повязал на один из прутьев решетки яркую шелковую нитку, оторванную от шарфа. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Парка культуры», снимал «Остоженка Парк Палас». Вернусь, чтобы увидеть, как плетется новая история. И чтобы узнать, не поймал ли тот кот свою бабочку». Нитка будет развеваться на ветру, как знамя моей неуемной любознательности.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про хроники залов для йоги 126
Съемка в студии йоги на Цветном бульваре до первого занятия показала пространство для внутреннего путешествия. «Покажите пустоту, готовую наполниться дыханием», — просила инструктор. Ровные ряды ковриков, реквизит из пробки и дерева, приглушенный свет — здесь внешняя простота служила внутренней сложности. Съемка таких интерьеров требует работы с атмосферой и минимализмом. Нужно передать ощущение sanctuary, показать зал как сосуд для трансформации. Фотограф Кирилл Толль для съемки студий йоги на Цветном бульваре становится картографом внутренних пространств. Мы снимали симметрию разложенных ковриков, луч солнца, падающий точно в центр зала, тень от реквизита на стене. «Йога — это архитектура тела», — заметила инструктор. Наши фотографии показывали чертеж этой архитектуры — чистый и ясный, готовый к воплощению.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про метафизику залов для медитации в темноте 127
Съемка в сенсорной депривационной камере в wellness-центре стала вызовом. «Покажите отсутствие как форму присутствия», — просил ведущий практик. Абсолютная чернота, звукоизоляция, бассейн с раствором — здесь исчезали привычные ориентиры. Съемка такого пространства требует работы с концепцией, а не с визуальным рядом. Нужно передать идею пустоты, используя лишь намеки и контекст. Фотограф Кирилл Толль для съемки камер сенсорной депривации становится исследователем непроявленного. Мы снимали дверь в камеру как портал в ничто, схему работы системы, инструменты для контроля среды. «Это комната, где ты встречаешься с самим собой без посредников», — сказал практик. Наши кадры фиксировали этот парадокс — материальное пространство, предназначенное для растворения материального опыта.