Съемка в ЖК «Белгравия» на улице Бурденко, у метро Парк Победы, подошла к концу. Я вышел в мягкие, заснеженные сумерки. Воздух был чист и свеж, пах хвоей и морозцем. В парке горели старинные фонари, отбрасывая круги теплого света на искрящийся снег.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к фонарю. – Ты – островок тепла в холодном мире. Ты создаешь уют посреди бескрайнего пространства. Ты собираешь вокруг себя людей, как костер путников. Ты – маленькое солнце в царстве зимы».
Фонарь молчал, но его свет, его способность преобразовывать пространство вокруг себя были магическими. Он был символом цивилизации, несущим уют и безопасность.
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня работал с искусственным светом, создавая атмосферу в интерьерах. А ты… ты создаешь атмосферу прямо под открытым небом. Ты – дизайнер настроения».
Вдруг в круг света зашел лыжник. Он остановился, чтобы поправить крепление, и его дыхание вырывалось клубами пара, смешиваясь со светом и создавая мимолетную, сияющую скульптуру. Этот человек, ставший частью световой инсталляции, был так органичен, что я засмеялся. Живой элемент декора.
Я снова посмотрел на фонарь. Лыжник ушел, и круг света снова стал пустым. Я повернулся и пошел к метро. На сугробе у скамейки я вывел палкой: «КТ. Белгравия. Парк Победы. Был в круге света». Следующая метель сравняла снег.
И вот мой способ отметить визит. Я повязал на фонарный столб яркий красный шарф. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Парка Победы», снимал «Белгравия». Вернусь, чтобы найти новые островки тепла. И чтобы узнать, не стал ли тот лыжник постановщиком световых шоу». Шарф будет развеваться, добавляя цвет в монохромный зимний пейзаж.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про воду, отражения и философию бизнес-класса 5
Диалог сегодня случился на набережной в Нагатино. Мой собеседник, женщина с пронзительным взглядом, утверждала, что вода — соавтор любого фотографа в этой локации. Она говорила о том, что люди, покупающие апартаменты с видом на Москву-реку, ищут не просто фиксацию интерьера. Они ищут фиксацию статуса, запечатленное доказательство своей «новой жизни». И фотограф должен уловить это двойное дно — и роскошь отделки, и философское измерение текучести, которое дарит река. Архитектурная съемка здесь — это всегда игра с отражениями. Фасад бизнес-центра, удвоенный в водной глади. Стекло, бетон и вода вступают в сложную визуальную связь. Опыт работы у воды учит ждать. Ловить тот единственный момент, когда свет ложится под нужным углом, и облака складываются в идеальную композицию. Это анти-репортаж, торжество предвкушения. Фотограф Кирилл Толль для съемки на набережной в Нагатино это специалист по конвертации панорамных видов в личный капитал владельца недвижимости. Мы сошлись во мнении, что запрос «рядом» в таком контексте — это поиск проводника в мир, где материальное благополучие встречается с метафизикой речного потока.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про готику сталинских высоток и тишину в центре 6
Разговор затянулся далеко за полночь в квартире на Котельнической набережной. Высокие потолки, паркет, лепнина. Мой визави, человек старой закалки, говорил, что здесь каждый квадратный метр обладает памятью. Искать фотографа для такой локации — все равно что искать реставратора для старинной фрески. Нужно не осветлить, не сделать кликабельным, а проявить историю. Интерьерная съемка в сталинском ампире — это работа с тенью. Современные тренды требуют светлых и воздушных кадров, но здесь сила в глубине, в тайне. Опыт учит использовать темные углы, чтобы подчеркнуть величие пространства, играть с единственным источником света, имитирующим свечу или бра. Это вызов цифровой эстетике, возврат к пикториализму. Фотограф Кирилл Толль для съемки в сталинской высотке у Китай-города это дань уважения истории, попытка диалога с призраками ушедшей эпохи. Мы пришли к выводу, что «внутренняя привязка» к такому месту — это не про удобство логистики. Это про общность культурного кода, про понимание, что такое подлинная, несиюминутная красота. Тишина таких дворов — лучший соавтор.