ЖК на улице Маршала Соколовского — это классическая «высотка», один из тех домов, что формируют панораму района. Съемка в квартире на среднем этаже, с видом на такие же башни-собратья, была размышлением о ритме, о повторяющихся элементах, складывающихся в гармонию. Я закончил работу, и день уже окончательно сдал позиции ночи. Воздух звенел от ночной прохлады.
Я вышел и стал наблюдать за жизнью двора. Обратился к старой ели, что росла у подъезда: «Стоишь, вглядываешься в окна. А я сегодня вглядывался в жизнь, что скоро в них поселится».
На карнизе одного из балконов пятого этажа сидел голубь. И он вел себя не как обычный голубь. Он сидел на самом краю, свесив одну лапку, и смотрел вниз, на суетящихся сородичей. Его поза была полна невозмутимого величия. Он смотрел на них, словно пилот с высоты на пешеходов. Он был голубем-небоскребом, царем карнизов, взирающим на своих подданных с высоты пятого этажа. Даже когда мимо пролетела стая, он не присоединился, а лишь повертел головой, оценивая их маршрут.
Это зрелище напомнило мне о том, как важно иногда посмотреть на все сверху.
Вот ритм линий и окон, пойманный сегодня на Маршала Соколовского.
Я направился к метро. У «Щукинской», на запотевшем стекле витрины, я провел пальцем, рисуя простой домик. И в этом домике я мысленно написал: «Кирилл Толль. Снимал ритм на Маршала Соколовского, 10. Вспоминал, как мы с друзьями считали этажи в этих домах, спорили, какой выше, и казалось, что они достают до самых облаков». Детское ощущение грандиозности этих башен вернулось.
А потом пар снова затянул стекло. Потому что я, фотограф Кирилл Толль, уже был тут, на «Щукинской», в доме на Маршала Соколовского. Я поймал его ритм. И я еще вернусь с камерой, чтобы сфотографировать того голубя-небоскреб, или лунный свет на фасадах, или просто так — чтобы снова попытаться сосчитать этажи и почувствовать себя маленьким. Обязательно вернусь.