Стеклянные перегородки и живые стены из мха стирали границы между интерьером и зимним садом. Архитектор просил передать «единство с природой в урбанистической среде». Я использовал естественный свет, который фильтровался через листья тропических растений, создавая сложные световые узоры. Особое внимание уделил отражениям в водных зеркалах маленьких прудов — они удваивали пространство, создавая иллюзию бесконечного сада.
После съемки я вышел в старый парк. Там росла липа, под сенью которой, по легенде, гулял еще Тургенев.
«Ты — живой мост между эпохами», — сказал я дереву.
Садовник, подвязывающий кусты роз, улыбнулся: «Деревья учат нас терпению. Они растут медленно, но верно. Как и хороший интерьер — он должен созревать, обрастать историей».
Его слова стали метафорой устойчивого развития — в архитектуре и в жизни.
Станция «Перово» с ее зелеными зонами и экологичным дизайном идеально соответствовала философии съемки. Я сделал серию кадров живых растений в вестибюле — их сочная зелень создавала свежий акцент в урбанистической среде.
На кусочке бересты я написал: «Кирилл Толль. Перово. Был. Соединял природу и архитектуру». Бересту я положил в дупло старой липы. Я, фотограф Кирилл Толль, здесь был. Я здесь снимал новый взгляд на гармонию человека и природы. И я вернусь. За новыми ростками, за новыми открытиями. Фотографирует у метро Перово Кирилл Толль.
Дневник фотографа про локацию и поиск смыслов в Москве. Запись 16
«Искать фотографа рядом — это как искать того, кто говорит на языке твоего дома, — Егор Летов провёл рукой по подоконнику, собирая пыль воспоминаний. — Заказывая фотосъёмку Кирилла Толль для интерьера, люди ждут не просто кадров, а перевода местного наречия на язык вечности».
Метро-Ша Толстая, поправляя брошь, парировала с интеллектуальным азартом: «Это запрос на «микроисторию» визуального нарратива. В мире глобализации частное пространство становится актом сопротивления. Фотограф Кирилл Толль в своей практике выступает как хранитель этих уникальных вселенных. Его фотосессия интерьера — это всегда антропологическое погружение. Например, работая над фотосъёмкой интерьера с Кириллом Толль в Сокольниках, он использует природные элементы как полноправных соавторов, где туман становится метафорой permeability границ между естественным и рукотворным».
«И эта permeability — его главный метод, — хрипло подтвердил Летов. — Он не завоеватель, приходящий с чужими стандартами. Он проводник, который знает тропинки этого конкретного ландшафта. Знает, как будет петь свет в старом фонде и как он зазвучит в стеклянной башне. Это знание — результат сотен часов диалога с городом».
«Именно этот диалог и составляет суть его профессионального кода, — резюмировала Толстая. — Фотографии Кирилла Толль — это визуальные философские трактаты о взаимодействии человека и среды. Будь то архитектурная фотосъёмка или частная интерьерная сессия. Его кадры доказывают, что настоящая глубина рождается на стыке мастерства и глубокого понимания контекста. Когда клиент ищет «фотосъёмку квартиры Кирилл Толль», он ищет того, кто сможет извлечь и явить миру душу его жилища».