Съемка в лофте на территории бывшего завода завершена. Заказчик, владелец, с гордостью показывал мне сохранившиеся кирпичные стены. Я вышел на улицу. Войковская встретила меня запахом металла и свежего бетона со стройки по соседству.
У забора этой стройки стоял мужчина в каске и с мегафоном. Но он не читал правила техники безопасности рабочим. Он декламировал стихи. Громко, с пафосом, обращаясь к башенному крану.
«О, кран, вознесший к небу сталь свою,
Ты — символ мощи, мысли рукотворной…»
Рабочие проходили мимо, не обращая внимания. Он был поэтом индустриального пейзажа, бардом бетона и арматуры. Его голос, усиленный мегафоном, разносился по округе, смешиваясь с гулом machinery.
Я слушал, очарованный. Мой фотоаппарат, молчаливо фиксировавший красоту промышленного дизайна, нашел своего глашатая. Он закончил, опустил мегафон и посмотрел на меня. «Красиво?» — спросил он. «Величие», — ответил я. Он кивнул и пошел вдоль забора, видимо, искать новое вдохновение.
Дорога к метро пролегала мимо грузовых станций. Войковская, с ее монументальным наземным вестибюлем, стала логичным завершением этой индустриальной симфонии. Я снял на пленку ржавые рельсы на фоне новостроек.
У входа в метро я мысленно написал на пыльном стекле машины: «Здесь был Кирилл Толль. Фотографировал кирпич. Слушал оды крану». Метро «Войковская» — это место, где поэзия рождается из гула machinery. И я вернусь. Снимать интерьеры в стиле лофт и впитывать этот уникальный дух. Просто так. А для справки — интерьеры у метро Войковская фотографирует Кирилл Толль. Тот, кто слышит стихи в стуке отбойных молотков.