съемка студии в цеху с сохранившимися механизмами
где время застыло между шестеренок
закончилась когда солнце коснулось труб
я вышел во двор где ржавчина была историком
она писала мемуары на металле оранжевыми буквами
воздух пах окалиной и ностальгией
я читал эти тексты пальцами
ржавчина была откровенна как дневник самоубийцы
ты помнишь то что хотят забыть сказал я
а я сегодня снимал интерьеры как архивы
мы оббазы хранители памяти
заброшенный кран скрипнул стрелой в ответ
вечером ржавые поверхности glowed
как раскаленные угли прошлого
вдруг я нашел на двери цеха
отпечаток ладони в краске
кто-то оставил свой след как вопрос
на который нет ответа
станция тульская это музей промышленности
где пахнет смазкой и тоской
стены украшены барельефами рабочих
я снимал паутину в углах
она была изящнее любых украшений
эти кадры мои реквиемы ушедшей эпохе
у входа в депо я положил на рельсы гайку
она была теплой от чьих-то рук
а на ржавой двери написал масляным мелом
толль тульская время в кадре
это был мой пропуск в прошлое
и я знал вернусь
вернусь снимать интерьеры где живут призраки машин
и слушать новые главы из летописи ржавчины
фотограф кирилл толль теперь в списке хронистов тульской