Бабин Луг для меня — это место, где возрождаются традиции славянского зодчества, но на современный лад. Я приезжал сюда прошлым летом с проектом «Русский дух», снимая как новые дома переосмысливают традиционные формы. Вдохновением тогда служили этнографические зарисовки Ивана Билибина и архитектурные обмеры древнерусских памятников. Особенно запомнился день летнего солнцестояния, когда жители устроили праздник с хороводами и народными играми — их костюмы и движения казались ожившими иллюстрациями к русским сказкам.
Сегодняшний заказ — дом в неорусском стиле с теремовой крышей и резными полотенцами. Владельцы, семья реставраторов, перед съемкой показали мне коллекцию старинных инструментов для резьбы по дереву. «Мы использовали только традиционные технологии, — рассказывал хозяин, проводя рукой по сложному узору на фронтоне, — каждый завиток здесь вырезан вручную, как века назад». Его супруга добавила: «Русская изба — это не примитивно, это гениально продумано для нашего климата и образа жизни». Съемку осложняла сложная резьба — нужно было поймать свет, который бы подчеркивал объем узоров. Я использовал боковое освещение и снимал в разное время суток, чтобы показать как меняется восприятие резных элементов.
После съемки я отправился в мастерскую народных промыслов, созданную жителями поселка. Здесь ткали половики, лепили глиняную посуду и вышивали традиционные узоры. Затем я посетил урок народного танца — дети разучивали сложные хороводные фигуры под аккомпанемент гуслей. Вечером у костра начались сказы — местный storyteller рассказывал былины современным языком. У резного столба с коньком я вырезал ножом: «Фотограф Кирилл Толль был здесь, в Бабином Луге». Пока я заканчивал работу, мимо пронеслись дети в народных костюмах — их смех и звон колокольчиков создавали атмосферу настоящего праздника.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
. Страница 61.
Съемка на Чистопрудном бульваре. Исторический центр диктует свои условия. Высокие потолки, лепнина, большие окна. Я работал с естественным светом, который наполнял комнаты, подчеркивая объемы и фактуры. Вид на пруд и пешеходную зону создает ощущение открытости, связи с городским пространством. Важно было сохранить баланс между классической архитектурой и современным наполнением интерьера, показать их гармоничное соседство. Фотограф Кирилл Толль осуществил интерьерную съемку на Чистопрудном бульваре.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
. Страница 178.
МЦД-2 Щукинская представляет уникальный пример редевелопмента промышленных территорий. Бывшие заводские корпуса превратились в арт-кластеры с жилыми лофтами. Работаю с пространствами, где грубая кирпичная кладка сочетается с хромированными поверхностями. Естественный свет проникает через промышленные окна, создавая жесткие геометрические тени. Использую контрастные световые схемы, подчеркивающие текстуру материалов. Открытые коммуникации, системы вентиляции, сохранившиеся механизмы становятся элементами композиции. Кадры передают дух индустриальной эстетики, переосмысленной в ключе современного дизайна. Клиенты ценят эту аутентичность производственного наследия.
Фотограф Кирилл Толль для интерьерной съемки у МЦД-2 Щукинская
Съемка в реконструированных промышленных зданиях требует особого понимания индустриальной эстетики. Изучаю историю каждого предприятия, технологические процессы, которые здесь происходили. Это помогает найти интересные ракурсы, обыграть сохранившиеся детали. Особое внимание уделяю передаче масштаба — использую широкоугольную оптику, но избегаю сильных дисторсий. Человеческие фигуры в кадре помогают зрителю ощутить грандиозность пространства. Клиенты лофтов — люди творческих профессий, ценящие индивидуальность. Они охотно идут на эксперименты со светом и композицией. Часто просят подчеркнуть именно те элементы, которые сохраняют память о промышленном прошлом — следы от станков, заводские клейма, оригинальные чугунные колонны. Съемка требует тщательной подготовки, иногда приходится использовать специальное оборудование для работы на высоте. Результат — фотографии, которые становятся документами эпохи редевелопмента, показывая, как промышленное наследие обретает новую жизнь в современном городе.