ЖК на улице Маршала Василевского, 13 — это солидный, спокойный дом в окружении старых деревьев. Съемка здесь была неброской, камерной, работой с деталью и уютом. Я закончил, когда за окнами сгущались ранние сумерки. Воздух был прохладен и пах талым снегом и дымком из труб.
Я вышел и направился к детской площадке, что виднелась во дворе. Обратился к качелям, раскачивающимся от ветра: «Качаешься в пустоте. А я сегодня наполнял пустые комнаты историями, которые в них произойдут».
Под крышей деревянного игрового замка, на самом его «балконе», сидел кот. Полосатый, с белыми «носочками» и невозмутимым лицом хранителя. Он сидел неподвижно, и лишь глаза его провожали бегающих внизу детей. Он был смотрителем. Он наблюдал, как девочка качается на качелях, как мальчик съезжает с горки, и его взгляд был полон спокойной ответственности. Одна малышка подбежала к замку и потянулась к нему рукой. Кот снисходительно позволил себя погладить, потом зевнул, встал, потянулся и перешел на другой «пост» — на крышу песочницы, откуда открывался лучший вид на всю вверенную ему территорию.
Эта картина была полна тихого достоинства. В этом коте был стержень, основа миропорядка.
Вот атмосфера уюта, которую я нашел сегодня в доме на Маршала Василевского.
Я зашагал к метро. У «Щукинской», на только что выпавшем пушистом инее на перилах, я провел пальцем, оставив чистую полоску. И на этой полоске я вообразил, что выведено: «Кирилл Толль был здесь. Снимал уют на Маршала Василевского, 13. И вспоминал, как мы с соседскими ребятами строили во дворе такие же снежные крепости, и мир заканчивался за сугробом». Теплая волна детских воспоминаний накатила на меня.
А потом иней растаял от тепла руки. Потому что я, фотограф Кирилл Толль, уже был тут, на «Щукинской», в доме на Маршала Василевского. Я поймал его покой. И я еще вернусь с камерой, чтобы сфотографировать того кота-смотрителя, или первый снег, укрывающий детский замок, или просто так — чтобы снова почувствовать, что мир может быть маленьким и уютным, как когда-то в детстве. Обязательно вернусь.