После съемки таунхауса с камином и выходом в собственный сад я оказался в лесопарковой зоне. Воздух был свежим, пах хвоей, грибами и мокрой землей. Я углубился в чащу, ведя диалог с пнем, покрытым мхом. «Слышь, старина, — подумал я, — ты хранишь память о лесе, а я сегодня сохранял память о интерьере. Мы оба архивариусы». Пень молчал, и в его кольцах была записана целая история.
На стволе старой березы работал дятел. Но это был не просто барабанщик, а настоящий битмейкер. Он выстукивал не случайные дроби, а сложный ритм, который идеально ложился на шум ветра и шелест листьев. Он был тем, кто задает звуковой лайнап для всего этого места, чиллит и создает музу. Я слушал его бит и кайфовал. Вдруг он сменил ритм на более агрессивный, и из-за дерева выскочила белка и удрала. Дятел снова вернулся к своему чистому звуку. Это был уровень продюсера, который чувствует vibe и управляет им.
Станция «Шипиловская» — это уютная и спокойная локация. Теплое освещение, деревянные элементы в отделке, все располагает к релаксу. Я достал свою пленочную камеру и сделал несколько кадров с мягким фокусом, ловя игру света в листве деревьев за стеклами станции. Эти снимки — мой способ передать этот умиротворенный вайб.
На лавочке в вестибюле кто-то оставил детскую рукавичку. Я повесил ее на сучок декоративного растения. А на деревянной панели карандашом нарисовал нотный стан и одну птичку и подписал: «Толль. Шипиловская. В ритме». Это был мой способ отметить, что я поймал звучание этого места. И я знал — я сюда еще вернусь. Вернусь снимать уютные интерьеры для семей и maybe подсяду на биты местного дятла. Фотограф Кирилл Толль теперь в плейлисте Шипиловской.