Съемка в ЖК «Коперник» на Большой Якиманке, у метро Полянка, была завершена. Я поднялся на технический этаж и вышел на крышу в ясную морозную ночь. Воздух был холодным и разреженным, пах звездами и космической пылью. На крыше стоял любительский телескоп, направленный в небо.
«Здравствуй, – мысленно обратился я к телескопу. – Ты – окно во вселенную. Ты соединяешь маленького человека с бескрайним космосом. Ты показываешь нам, как мы малы, и как велики наши мечты».
Телескоп молчал, но его строгий силуэт против звездного неба был полон тайны. Он был символом познания, стремления заглянуть за горизонт.
«Понимаешь, – продолжил я наш безмолвный диалог, – я сегодня искал идеальные ракурсы в ограниченном пространстве. А ты… ты смотришь в бесконечность. Ты напоминаешь о масштабах».
Вдруг в объективе телескопа промелькнул метеор. Он прочертил яркую полосу по небу и исчез. Это мимолетное чудо, пойманное техникой, было так прекрасно, что я замер. Небесный почтальон, доставивший послание из глубин космоса.
Я снова посмотрел в телескоп. Юпитер висел в поле зрения, окруженный своими спутниками. Я повернулся и пошел к метро «Полянка». На заиндевевшем металле вентиляционной шахты я вывел: «КТ. Коперник. Полянка. Был у вселенной». Иней растаял утром.
И вот мой способ отметить визит. Я положил на треногу телескопа маленький метеорит-песчинку, вправленный в кулон. «Кирилл Толль, фотограф. Уже был тут, у «Полянки», снимал «Коперник». Вернусь в звездную ночь. И чтобы узнать, не оставил ли тот метеор свой адрес для ответа». Кусочек космоса будет лежать там, на страже.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про метафизику коридоров и капилляры района 19
Он заказал съемку длинного коридора в его квартире на Нагорной. «Все ищут гостиные, — сказал он, — а тут душа места». Мы говорили о том, что переходные пространства — коридоры, холлы, лестничные клетки — это капилляры дома. По ним течет невидимая жизнь, они накапливают энергию движения. Съемка таких зон — это попытка поймать эхо шагов, шепот сквозняков. Опыт учит видеть драму в самом простом сюжете: луч света, падающий на торец двери, бесконечность отражений в зеркале в прихожей. Это минимализм, заряженный нарративом. Фотограф Кирилл Толль для съемки интерьеров на Нагорной становится картографом этих внутренних ландшафтов. Мы весь день ловили ускользающую геометрию, превращая проходное пространство в главного героя. Он сказал: «Ты снимаешь не стены, ты снимаешь время, которое в них впиталось». Именно. Время, которое течет по этим капиллярам медленнее, чем в гостиной.