Архитектура. Фотограф Кирилл Толль

Предварительный выезд: карта или ноги?

Нужно ли мне приезжать на объект до съемки? Ответ зависит от бюджета.

Если заказчик говорит: «У меня бюджет 150 баксов на несколько кадров фасада», и я говорю «ок», то остается один ход. Я смотрю положение здания на карте и через Яндекс-панорамы. И еду снимать в нужный день. На месте делаю все возможное и чуть больше. Опыт дает возможность многое понять дистанционно.

А если заказчик спрашивает, сколько будет стоить съемка здания всерьез и вообще, я называю варианты. В том числе с предварительным выездом и без. Если бюджет позволяет, я выезжаю на местность и составляю полный покадровый график работы, иногда вместе с Заказчиком. Личный осмотр — это возможность учесть движение солнца, потоки машин, «поведение» окружения — каждое новое дерево, столб и рекламный плакат — и утвердить ракурсы с архитектором. Для Москвы это честная позиция: здесь слишком много переменных, чтобы полагаться только на карту. Раз — и ремонт. Раз — и огромный рекламный баннер.

Один кадр или сто? О «Hero Shot»

Нам нужно много вариантов, считают многие клиенты. Фотограф должен отдать 50–100 кадров со всех углов, чтобы «отработать» гонорар. Может? Легко. Но не в стопке файлов счастье. Один кадр, передающий душу и главную идею архитектора, ценнее терабайта посредственных снимков. Я в этом убежден, но склонен к компромиссу: иногда историю здания нельзя рассказать одним кадром. Главное — чтобы каждая фотография была отличной. А для этого над ней нужно поработать на месте и в компе.

Мифы о «золотом часе» и московские реалии

Многие, очень многие фотографы пишут о «золотом часе», но «есть нюанс»(с). Например, в Москве датчики включения архитектурной подсветки почти всегда опаздывают. Пока небо горит закатом, здание стоит темным. А когда подсветка наконец загорается, золотой час уже закончился. И так со времен печенегов и половцев.

У меня есть два варианта. Первый — снять один кадр на штативе в золотой час до включения подсветки и второй сразу после, а затем склеить их в финальное изображение. Второй — начать съемку при включенных огнях и вытягивать тени цифровым способом в редакторе, но это всегда компромисс с последствиями. Но бывает и это годный метод.

Синий час: облачность, приложения, драма на стекле

Кстати, про «золотой час» и «синий час». Многие думают, что синий час — это просто время после заката. Но тут другая специфика. Если небо чистое, синий час длится минут 20–30. Если облачно — небо становится грязно-серым, и никакого «синего» эффекта нет. Поэтому я всегда мониторю прогноз облачности и использую приложения вроде Suncalc или PhotoPills, чтобы понимать, где и когда встанет солнце относительно фасада. Съемка в синий час дает более драматичный результат, чем золотой закат — особенно если фасад стеклянный и отражает это глубокое синее небо. Но это очень редко кому нужно — выезд на пару кадров считается слишком дороговатым.

Против «золотого часа»

Фотографировать можно всегда, главное — смотреть на рисунок света. В час зенита здание превращается в набор коротких графичных теней под козырьками и карнизами. В контровом свете фасад обретает объем. И никаких «розовых пони заката». Фотографировать можно всегда. Главное — видеть/понимать «что».

Управление отражениями: два кадра с поляриком

Штамп: «Стеклянный фасад должен отражать небо». Но что, если интерес архитектора — показать интерьер и глубину пространства через стекло? Тогда отражения мешают.

Я решаю это так: снимаю два кадра с поляризационным фильтром в разных положениях. В первом стекло работает как зеркало, во втором — как прозрачная витрина. На постобработке кадры смешиваются сообразно с конкретным замыслом. Никакого обмана, только контроль.

Разноцветные окна: поэтажная сборка

На разных этажах здания могут стоять лампы с разным спектром (CRI). Окна выглядят то розовыми, то зелеными. Вместо того чтобы мучиться с общим балансом белого, я делаю отдельные экспозиции для каждого этажа, настраивая цвет под конкретные офисы. Поэтажная «сшивка» превращает здание в драгоценный камень — ровное свечение.

Чистый кадр без нейросетей (Time-Slice Cleanup)

В Москве, как в любом большом городе, улицы полны машин и людей. Нейросети предлагают «заплатки», но они работают криво и дешево: если за потоком машин скрыт архитектурный элемент, нейросеть не знает, каков он на самом деле. Она что-то предложит, и это что-то явно не то, что было в реальном архитектурном проекте.

Но помогает «Покадровая очистка сцены». Это долго, но работает так: я ставлю штатив на 3–4 часа. Когда одна машина уезжает, я снимаю чистый участок кадра, потом другая — следующий. Это кропотливый ручной труд. В отличие от нейросетей, тут в полном порядке тени от деревьев и столбов, которые должны падать на асфальт. Фото выглядит натурально. Да, это дороже. Но это честно. Хотя я не встречал это в реальном коммерческом проекте — только для себя как творчество и чтобы сказать «я могу».

Проблема сходящихся вертикалей

Классическая тема, о которой редко говорят в деталях: сходящиеся вертикали. Когда снимаешь высокое здание с земли, вертикальные линии «падают» внутрь кадра. Многие советуют тилт-шифт объективы как панацею. Но правда сложнее.

Во-первых, в Photoshop можно скорректировать перспективу и без шифт-объектива — вопрос лишь в потере разрешения по краям кадра. И это часто вполне нормальный ход. Но многие фотографы снимают здание с таких точек, что этот инструмент делает из здания искаженного инвалида. Тут простой совет: «Лорды, сэры и пэры, знайте чувство меры»(с).

Я решаю это так: либо снимаю с запасом по краям под последующую коррекцию, либо, если бюджет и время позволяют, работаю с тилт-шифт. Но главное — выбрать точку съемки так, чтобы минимизировать искажения еще на этапе кадрирования. Иногда шаг в сторону или съемка с более высокой точки решает проблему лучше любого объектива.

Люди, масштаб, подход в интерьерах

Архитектура начинается с фасада, а продолжается в интерьерах. В них работают другие правила.

Если фасад я часто снимаю «чистым», без людей, чтобы показать геометрию, то внутри люди нужны — они дают масштаб и показывают, как пространство работает на самом деле. Но с людьми возникает та же проблема, что и с окнами в офисах: их сложно контролировать.

Мой подход — снимать интерьер «пустым» (стерильно чистое пространство для архитектора, чтобы показать замысел), а потом, если нужно, отдельной серией с людьми для буклета или сайта. И никогда не смешивать это в одном кадре — получается фальшь. Люди, добавленные на фотошопе, всегда выглядят приклеенными.

Я заметил интересную вещь: архитекторы по-разному реагируют на людей в кадрах. Молодые бюро любят «живые» фотографии с прохожими, это делает проект человечнее. Консервативные заказчики просят стерильную чистоту — чтобы ничего не отвлекало от геометрии. Мой подход — снимать универсально: чистая серия на штативе (под удаление объектов) и параллельно живые кадры с людьми. А на этапе отбора уже решаем, что пойдет в портфолио.

Дрон — не главное. Мачта — интереснее

Съемка с дрона эффектна, но она превращает здание в макет, лишая его связи с землей. Архитекторы, мыслящие перспективой с уровня глаз, это чувствуют сразу.

Поэтому я часто предпочитаю дрону стойку-мачту. Как правило, хватает высоты 3–4 метра. Увеличение высоты приводит к такому росту веса и ограничениям в процессе, что на выходе по факту получается один-два кадра, и в целом это становится слишком дорого для нашего рынка. А ракурс «чуть выше головы» с 3–4 метров сохраняет связь здания с тротуаром, убирая при этом визуальный мусор: крыши машин, заборы, случайных прохожих.

Light Pollution Filters: почему это бессмысленно

Некоторые фотографы рекомендуют Light Pollution Filters для вечерней съемки архитектуры. Это бессмысленно по трем причинам.

Во-первых, это астрофильтры. Они созданы, чтобы вырезать узкие спектральные линии натриевых ламп — того самого желтого света старых фонарей. Но таких ламп в городах остается все меньше, доминируют светодиоды, которые фильтр просто «не видит» и не может отсечь. Во-вторых, объект съемки находится внутри засветки. В отличие от звезд, здание само часть световой среды, и фильтр начнет подавлять свет, формирующий его облик, искажая реальный вид. В-третьих, это необратимые искажения. Фильтр физически вырезает часть спектра, например желто-зеленую область. RAW-конвертер восстановит общий баланс белого, но не вернет цвета отсеченных длин волн — снимок останется искаженным навсегда.

Небо: тонкая грань

Теперь важное про небо, о чем почти никто не говорит. Почему просто «вклеить небо» — плохая идея?

Отражения в глянцевых поверхностях и стеклах здания должны содержать «небесное эхо». Если здание снято в пасмурный день, а небо вклеили ясное, в отражениях останется серая облачность. Получается фальшь.

В пасмурный день можно аккуратно придать небу фактуру — легкие «прожилки» — но так, чтобы они не могли попасть в отражения на стекле. С небом надо работать хирургически, а не ковровым бомбометанием.

Окна: дилемма московских будней и выходных

В выходные на улицах Москвы меньше машин — казалось бы, идеально для чистой архитектуры. Но офисные здания в выходные выглядят мертвыми. В будние дни окна оживают, но улицы забиты машинами: газелями, доставками, мусоровозами и прочей ифракрасотой.

Если нужен кадр с живыми окнами, съемка планируется на будни. А значит, придется иметь дело с потоками машин. Тогда я делаю серию кадров с одной точки под последующую вклейку чистых участков. Многие думают, что вечернее фото небоскреба — это магия огней, но забывают: окна почти никогда не горят равномерно и так, как нам нужно. Живая вечерняя фотография с ровно светящимися окнами — это всегда колоссальный объем ретуши по отрисовке и вклейке.

Тени окружения и контраст старого/нового

Иногда круто полностью изолировать объект от окружения, вырезав его из контекста, как вещь в себе. Но иногда тени соседних зданий могут играть художественную роль, а контраст старой и новой архитектуры становится самым соком съемки. Это всегда вопрос режиссуры: что я хочу сказать этим кадром?

Тренды: реконструкция и зеленые здания

Кстати, про старую архитектуру. Сейчас много проектов — это реконструкция старых зданий, адаптивное повторное использование. Там важно показать диалог старого и нового: как новая стеклянная встройка живет в кирпичной стене XIX века. Или «зеленые» здания с панелями солнечных батарей — их лучше снимать в пасмурную погоду, чтобы избежать жестких бликов на панелях. Тренды в архитектуре диктуют и оптику съемки.

Историческая архитектура: фактура и патина

Отдельная любовь — историческая архитектура. Здесь не работают приемы из съемки новых бизнес-центров.

В старом здании нельзя пересвечивать фасад, нельзя «вылизывать» каждую трещинку — это убьет подлинность. Моя задача — найти свет, который подчеркнет фактуру камня, облупившейся штукатурки, кованых решеток. И часто лучший свет — это не золотой час, а мягкий рассеянный свет в облачный день, когда нет жестких теней, которые спрячут детали.

Был случай: снимал усадьбу для реставрационного бюро. Приехал в яркий солнечный день — все блики, все трещинки «забиты» тенью. Пришлось переснимать через неделю в пасмурную погоду. Заказчик сначала удивился, а когда увидел результат — сказал: «Наконец-то видно камень, а не просто пятна света».

Стилистика: «Архитектурная тишина»

Для загородных домов с отделкой из камня и дерева у меня есть отдельный прием. Чтобы подчеркнуть структуру материала и ритм здания, я намеренно приглушаю насыщенность цветов, оставляя только естественные оттенки дерева и камня.

В странах Северной Европы это называют «архитектурной тишиной». Там это в культурном коде — у них и фильмы такие, с приглушенными цветами, и архитектура, и дизайн. Это не про скуку, а про концентрацию на главном: форме, текстуре, свете. Про то, чтобы дать материалу говорить самому.