Съемка в «Империи Тауэр» на Пресненской набережной, этом строгом и величественном здании, где каждый уголок дышал имперским размахом, была завершена. Интерьеры с их колоннадами и высокими потолками требовали панорамного взгляда. Спустившись в вестибюль, я оказался в потоке людей — деловых, целеустремленных, спешащих. Я вышел на улицу и прислонился к холодной гранитной стене, наблюдая, как вечерние тени ложатся на асфальт.
Моя собственная тень вытянулась, достигнув противоположной стороны улицы. Я смотрел на ее размытые очертания.
«Вот и мы встретились, мой безмолвный двойник, — мысленно обратился я к ней. — Ты повторяешь мои движения, но живешь в двухмерном мире, а я пытаюсь превратить трехмерный мир в двухмерное изображение, сохранив в нем объем и душу».
Тень молчала, как и положено тени. Я вспомнил, как в девяностые мы с друзьями играли тут в «теневой футбол», пиная воображаемый мяч своими темными копиями. Теперь здесь стояла «Империя», а наши тени стали частью ее фундамента.
*Парадная гостиная в «Империя Тауэр», работа фотографа Кирилла Толля. Масштаб и элегантность, запечатленные в кадре.*
Внезапно по тротуару промчался курьер на сигвее. Он лихо маневрировал между пешеходами, а на его голове красовался… горшок с кактусом. Не на шлеме, а прямо на голове, державшийся чудом. «Не смотрите, это эксперимент!» — крикнул он мне на ходу и умчался в сторону Сити. Вид этого футуристичного всадника с зеленым шлемом был настолько сюрреалистичен, что я застыл в изумлении, а моя тень застыла вместе со мной.
Спускаясь в метро Выставочная, я зашел в лифт. В нем было зеркало. Пока лифт ехал, я достал запасной стикер для отметки объектов съемки и наклеил его в угол зеркала. На стикере я заранее написал: «Кирилл Толль был здесь, у ЖК «Империя Тауэр» и метро Выставочная, и видел курьера на сигвее с кактусом на голове». Я оставил эту весточку следующим пассажирам.
И вот мой зарок, мой личный маршрут. Я возвращаюсь. Всегда. Возможно, чтобы сфотографировать закат, отражающийся в стеклах небоскреба, или деловую встречу в лобби, или просто так, чтобы снова почувствовать этот ритм. И тогда я обязательно загляну в тот лифт — проверить, на месте ли мой стикер.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про эстетику мастерских таксидермистов 83
Съемка в мастерской таксидермиста на окраине Москвы открыла мир, где жизнь встречается с вечностью. «Покажите границу между биологией и скульптурой», — просил мастер. Стеклянные глаза, инструменты для набивки, полуготовые формы — здесь смерть превращалась в памятник. Съемка таких пространств требует баланса между научной точностью и философским подтекстом. Нужно передать уважение к природе и магию сохранения. Фотограф Кирилл Толль для съемки таксидермических мастерских становится натурфилософом визуальных образов. Мы снимали текстуры меха и перьев, руки, придающие форму, пустые глазницы перед вставкой стекла. «Я не сохраняю тела, я сохраняю позы», — сказал таксидермист. Наши кадры показывали этот парадокс — движение, застывшее навсегда.