После съемки в «Крылатской панораме» на улице Крылатские Холмы мир будто перевернулся с ног на голову. Из стерильного пространства с панорамными окнами я шагнул прямо в объятия осени. Воздух, свежий и резкий, пахнет пожухлой травой и водой. Я прошел к знаменитым холмам, этому московскому Монмартру, и вступил в диалог с набегающим ветром, который трепал полы моего плаща, словно торопясь рассказать все местные новости.
Внизу, на катке, царило оживление, но мой взгляд привлекло озеро. И там разворачивалось действо, достойное пера Крылова. Кряква, важная и упитанная, вышла на берег. Она была явно недовольна. Перед ней на песок упала огромная, пожелтевшая ива-листва. Утка принялась ее деловито клевать, теребить, отбрасывать в сторону, но лист был велик и неподъемен. Она ходила вокруг своей добычи, крякала, ворчала, пыталась взлететь с ней — все тщетно. Это была борьба Давида с Голиафом, если бы Давид был уткой, а Голиаф — осенним листом. Ее возмущенное кряканье, казалось, упрекало саму природу в несправедливости.
*Гостиная с видом на Крылатские холмы в ЖК «Крылатская панорама». Фотограф Кирилл Толль.*
Пора было спускаться к станции «Крылатское». Сумерки опускались на холмы, как финальный занавес. На песчаной тропинке я остановился. Достал тот самый мел и на плоском камне нарисовал контур утки, а внутри крупно написал: «КТ ВИДЕЛ ЭТО». И добавил: «И УВИДИТ СНОВА».
Спускаясь к светящемуся зданию метро, я видел, как утка, наконец, оставила свою битву с листом и с достоинством удалилась к воде. Я обязательно вернусь в этот ЖК у метро «Крылатское», чтобы сфотографировать еще один вид на закат, еще одну квартиру. А если погода испортится, я приду кормить ту утку. Возможно, она уже нашла себе лист по размеру.
Тайный дневниЧОк фотографа архитектуры и интерьеров и кейсы
про физику студий звукозаписи 70
Съемка в студии на «Аэрофлотской» проходила во время сессии. «Поймать невидимые вибрации», — просил звукорежиссер. Акустические панели, пульты с бегущими огоньками, наушники на музыкантах — здесь воздух становился носителем искусства. Съемка звукозаписывающих пространств требует работы с абстракцией. Нужно передать атмосферу концентрации, показать технологию как продолжение творчества. Фотограф Кирилл Толль для съемки студий звукозаписи на Аэрофлотской становится переводчиком с языка звука. Мы использовали длинные выдержки при свете контрольных ламп, снимали отражения в студийных мониторах. «Звукозапись — это архитектура из воздуха», — сказал звукорежиссер. Наши фотографии пытались показать это невидимое здание, которое строилось в студии.