Съемка в «St. Nickolas» на Никольской улице, этом островке старой Москвы с современной начинкой, завершилась. Интерьеры с высокими потолками и лепниной дышали историей. Выйдя на улицу, я попал в другую эпоху. Воздух пах жареными каштанами и морозной свежестью. Первый снег тихо падал на брусчатку, и фонари зажигались раньше времени.
Я остановился у старинного фонаря с витым железным орнаментом.
«Здравствуй, свидетель веков, – мысленно обратился я. – Ты освещал путь купцам и боярам, а я всего лишь ловлю свет для будущих жильцов, которые будут читать при свете гаджетов там, где когда-то писали свечами».
Фонарь молчал, но его свет ложился на снег теплыми кругами. Я вспомнил, как в 90-е мы с одноклассниками бегали здесь, разглядывая витрины первых коммерческих магазинов, и мечтали о джинсах как у западных подростков.
*Гостиная в ЖК «St. Nickolas», работа фотограф Кирилла Толля. Сочетание классической лепнины и современных материалов создает уникальную атмосферу.*
Вдруг из-за угла выкатился пушистый комок – кот невероятных размеров в дорогом ошейнике. Он уселся прямо под фонарем и начал пристально следить за падающими снежинками, пытаясь ловить их лапой. Мимо проходила девушка с таксой. Такса, увидев кота, принялась лаять, но кот лишь снисходительно посмотрел на нее и продолжил свою медитацию со снегом. Девушка, смеясь, сказала: «Марсик, не мешай философу».
На пути к метро Лубянка я остановился на чистом участке снега. Достал ключ и вывел: «Кирилл Толль был здесь, у ЖК «St. Nickolas» и метро Лубянка, и видел кота-снеголапа». Снег шел обильнее, засыпая буквы, но я знал – они останутся под сугробом до весны.
И вот мой зарок, моя зимняя сказка. Я возвращаюсь. Всегда. Возможно, чтобы сфотографировать Рождественскую ярмарку, или ночную подсветку храмов, или просто так, в метель, когда современный город превращается в старую гравюру. И тогда я обязательно проверю – не сидит ли все тот же кот под фонарем, наблюдая за кружением снега.
Дневник фотографа про метафизику коридоров и капилляры района 19
Он заказал съемку длинного коридора в его квартире на Нагорной. «Все ищут гостиные, — сказал он, — а тут душа места». Мы говорили о том, что переходные пространства — коридоры, холлы, лестничные клетки — это капилляры дома. По ним течет невидимая жизнь, они накапливают энергию движения. Съемка таких зон — это попытка поймать эхо шагов, шепот сквозняков. Опыт учит видеть драму в самом простом сюжете: луч света, падающий на торец двери, бесконечность отражений в зеркале в прихожей. Это минимализм, заряженный нарративом. Фотограф Кирилл Толль для съемки интерьеров на Нагорной становится картографом этих внутренних ландшафтов. Мы весь день ловили ускользающую геометрию, превращая проходное пространство в главного героя. Он сказал: «Ты снимаешь не стены, ты снимаешь время, которое в них впиталось». Именно. Время, которое течет по этим капиллярам медленнее, чем в гостиной.