Работа в новом жилом комплексе была закончена, световое оборудование упаковано в чемоданы. Я вышел в странный, прозрачный воздух Марьиной Рощи, где запах свежей краски от только что сданных домов смешивался с ароматом жареных беляшей из придорожной палатки. Я купил один, обжигающе горячий, и пошел гулять, ища ту самую «рощу», что застыла в названии. Нашел я ее в виде небольшого сквера с чахлыми березами.
Посреди сквера стоял одинокий лавочник, торгующий капкейками. Не пирожками, а именно капкейками. Розовыми, с посыпкой. Я присел на скамейку, наблюдая за этим диссонансом. Ко мне подошла такса невероятной длины. Она села напротив и уставилась на мой капкейк с таким интеллектуальным видом, будто была выпускником философского факультета.
«Согласен, – мысленно сказал я ей. – Странное место для капкейков».
Такса вздохнула и легла, положив длинное тело на мои ботинки.
«Вот видишь, – обратился ко мне лавочник, – а Климент Семенович считает иначе. Он ценитель».
Я понял, что Климент Семенович – это такса. Хозяин, пожилой мужчина в клетчатом кепке, кивнул: «Он у меня эстет. Любит, когда красиво. А вы кто будете?»
«Фотограф, – ответил я. – Интерьеры снимал вон в том доме».
«А, – сказал мужчина. – Значит, вы ответственны за эти картинки. Климент Семенович одобряет. Говорит, геометрия у вас правильная».
Я сидел, пригвожденный к скамейке таксой-философом, и слушал рассказы о том, как менялся район. Потом заказчик капкейков ушел, уводя Климента Семеновича, который перед уходом бросил на меня многозначительный взгляд.
Станция Марьина Роща – это свет и стекло. Современная, просторная, она похожа на гигантский аквариум. Я прошелся по залу, гулко разносились шаги. Это место, где пахнет будущим. Я достал телефон и снял панораму – бесконечные потоки света, льющиеся с потолка, и одинокую фигуру уборщицы, которая с грацией балерины управлялась со шваброй.
На рыхлой земле у газона, палочкой, я начертал: «Кирилл Толль был в Марьиной Роще. И нашел здесь правильную геометрию». Геометрию капкейков, такс и стеклянных станций. И я, Кирилл Толль, вернусь сюда. Снимать интерьеры, которые одобрит такса по имени Климент Семенович