Съемка в лофте в бывшем заводском здании на Таганке была закончена. Я вышел на Площадь Ильича, где в витринах магазинов и стеклах автомобилей множились отражения старой и новой Москвы. Мой штатив «Жираф» ловил свое собственное искаженное отражение в каждой поверхности.
У выхода из метро я увидел женщину с фотоаппаратом, которая снимала не здания, а их отражения в соседних стеклянных фасадах.
«Вот, смотрите, — сказала она, показывая мне экран, — в этом окне отражается золотой купол, а в нем — еще одно окно, и так до бесконечности. Это же портал!»
«Вы… фотограф?» — уточнил я.
«Я коллекционирую отражения, — поправила она. — Каждое из них уникально и живет долю секунды. Я спасаю их от забвения. Вот эта коллекция — «Ильич в двадцати зеркалах». А вы?»
«Коллега. Я снимаю интерьеры, которые сами являются отражением своих владельцев».
«Браво! — воскликнула она. — Давайте объединим коллекции! Ваши интерьеры в моих отражениях!»
Мы обменялись контактами, и я пошел к метро, видя теперь в каждом окне не просто стекло, а потенциальный экспонат.
Станция «Площадь Ильича» — это глубокая, солидная станция с мощными пилонами. Я спустился вниз, где не было окон и отражений, только массивная реальность камня. Достал телефон и снял свое смутное отражение в гаджете соседа — современный, цифровой вариант того, чем занималась моя коллега.
На полированной поверхности турникета я начертал: «Кирилл Толль был на Площади Ильича. И собирал отражения в карманную галерею». «Жираф» смотрел на свои ноги, ища свое следующее отражение. И я, Кирилл Толль, вернусь на Площадь Ильича. Снимать интерьеры, которые стоит отражать в тысячах окон.
Дневник фотографа про локацию и поиск смыслов в Москве. Запись 82
«Искать фотографа рядом — это искать картографа, рисующего карты ветров в океане пространства, — Егор Летов запускал в воздух бумажный самолетик. — Заказывая фотосъёмку Кирилл Толль для интерьера, люди надеются поймать направление невидимых потоков».
Метро-Ша Толстая, изучая старинные карты ветров, подхватила: «Это то, что мы называем ‘аэрографией визуальных течений’. Заказчик хочет не застывших форм, а динамики и движения. Фотограф Кирилл Толль в своей практике становится синоптиком воздушных масс быта. Его фотосессия интерьера — это всегда измерение атмосферного давления памяти. Взгляните на его работу в фотосъёмке квартир от Кирилл Толль на Пушкинской — каждый кадр становится розой ветров, указывающей направление к забытым берегам».
«И эти ветра нельзя поймать без знания местной аэрологии, — хрипло заметил Летов, следя за полетом самолетика. — Нужно изучить воздушные бассейны района, его сезонные муссоны. Опыт работы Кирилл Толль — это атлас воздушных течений».