Кутузовский проспект. Шесть полос. Две из них — вечная пробка. Я ехал на автобусе. Стоял. Рюкзак с камерой давил на плечи. Рядом — женщина с тремя сумками. Напротив — мужчина в костюме, который разговаривал сам с собой по телефону. Или с собой. Не поймёшь. Я вышел на «Киевской». Пахло бензином и пирожками. И ещё чем-то старым. Советским. Как будто время здесь застыло. А потом взорвалось — и появилась она. Гостиница «Украина». 206 метров. 34 этажа. Седьмая сталинская высотка. Смотрит на Москву-реку как пожилая императрица. Надменная. Величественная. Немного уставшая.
— Красивая? — спросил голос внутри. Я перестал с ним бороться. Пусть говорит. — Красивая, — ответил я. — А что красивее — высотка или та, которая была до неё? — До неё ничего не было. Был пустырь. И река. — А после? — После — мы. С камерами. С пробками. С диорамой.
Диорама. На первом этаже гостиницы. «Москва — столица СССР». 1977 год. Подарок к Олимпиаде-80. 300 квадратных метров. Макет. Огни. Игрушечные машины. Игрушечные люди. Игрушечная Москва. Которой уже нет. А диорама есть. И работает. Я зашёл внутрь.
Гостиница «Украина» (Radisson Collection Hotel) — сталинская высотка на Кутузовском
Район: Дорогомилово, Западный административный округ Москвы
Адрес: Москва, Кутузовский пр-т, 2/1, стр. 1
Архитекторы: Аркадий Мордвинов, Вячеслав Олтаржевский
Конструктор: Павел Красильников
Год постройки: 1953–1957
Тип здания: сталинская высотка, 34 этажа, 206 метров
Я стоял на мосту через реку. Самый лучший ракурс. Высотка отражалась в воде. Шпиль упирался в облака. Звёзды на фасадах — серпы и молоты. Империя. Которая хотела быть вечной. И почти получилось. Для съёмки гостиниц и отелей «Украина» — золотой стандарт. Не потому что удобно. А потому что узнаваемо. Как Кремль. Как Большой театр. Как заяц в трико. Но дороже.
Внутрь я заходить не планировал. Но охранник у входа махнул рукой. «Проходи, — сказал. — Сегодня музей работает до восьми». Музей? В гостинице? Оказалось, да. Диорама. Я поднялся на эскалаторе. Заплатил двести рублей. И оказался на смотровой площадке. 33-й этаж. Город внизу. Как на ладони. А рядом — макет. Тот самый. Игрушечный Кремль. Игрушечный Лужники. Игрушечные люди. Игрушечная Москва. 1977 год. Я снимал игрушечную Москву своей настоящей камерой. И не мог отличить. Где реальность? Где макет? Может, мы сами — чья-то диорама? Кто-то смотрит на нас сверху. И думает: «Какие смешные. Бегают. Снимают. Продают унитазы в костюмах зайцев».
— Ты чего застыл? — спросил голос. — Смотрю на диораму. — И что видишь? — Вижу город, которого нет. И себя. Который ещё не родился. В 1977-м меня не было. А этот макет уже стоял. И ждал. Когда я приду. И сниму его. — Пафосно, — сказал голос. — А я и есть пафосный. Я фотограф. Мне можно.
Я спустился. Вышел на улицу. Рядом — ТЦ «Китеж». Он же БЦ «Легион III». Архитектор Андрей Боков. 2008 год. Фасад с обратным наклоном — 6 и 20 градусов. Первое здание в Москве с таким. Я обошёл его. Торцевой фасад — дугой. Консольное расширение на верхних этажах. Как будто дом наклонился. Чтобы лучше рассмотреть соседей. Или спрятаться. Или просто выделиться. Для съёмки торговых центров — уникальный объект. Необычный. Запоминающийся.
Торговый центр «Китеж» (БЦ «Легион III») на Киевской улице
Район: Дорогомилово, Западный административный округ Москвы
Адрес: Москва, ул. Киевская, вл. 3–7, 17
Архитектор: Андрей Боков (мастерская), Дмитрий Буш, Татьяна Кирдина, Елена Иванова
Год постройки: 2005–2008
Особенность: фасад с обратным наклоном, первое здание в Москве с такой технологией
Я снял его с трёх сторон. С фасада — дуга. Сбоку — наклон. Сзади — обычный бизнес-центр. Скучный. Но вид спереди — как космический корабль. Который прилетел на Киевскую. И решил остаться. Навсегда. Потому что заправка дорогая. А здесь — рядом метро.
— Слышал про Китеж? — спросил меня мужик с собакой. Пудель. Розовый бантик. — Град Китеж? Подводный? — Нет. Торговый центр. Говорят, там раньше были подземные этажи. Секретные. — Брехня, — сказал я. — А вот и нет, — обиделся мужик. — Мне охранник рассказывал. Он там десять лет работает. У него корона есть. — Какая корона? — Золотая. На Новый год выдают. Он её надевает и сидит на входе. Как царь. — И что? — Ничего. Просто красиво. Как в сказке.
Сказка. Вот оно. Мы живём в сказке. Только декорации другие. Вместо теремов — высотки. Вместо Кощея — менеджеры по продажам. Вместо Ивана-дурака — фотографы с камерами. Которые ходят по городу. И снимают. И ищут. Кто? Не знаю. Может, себя. Может, зайца. Может, царя с короной. Который сидит на входе в торговый центр. И охраняет град Китеж. На Киевской улице.
Я пошёл к гостинице «Славянская». Она же Radisson Slavyanskaya. 1989 год. 8 этажей. 430 номеров. Здесь останавливались Буш, Клинтон, Шифер, Евангелиста. Здание как здание. Но вечером, когда зажигается подсветка — оно становится другим. Живым. Как будто внутри — не номера. А маленькие вселенные. В каждой — своя жизнь. Свои зайцы. Свои короны. Свои диорамы.
Гостиница «Славянская» (Radisson Slavyanskaya) на площади Европы
Район: Дорогомилово, Западный административный округ Москвы
Адрес: Москва, пл. Европы, 2
Год постройки: 1989
Тип здания: 8 этажей, 430 номеров, принадлежит сети Radisson BLU
Я снял его с моста. Ночной вид. Огни. Отражения. Для съёмки гостиниц — классика. Ничего выдающегося. Но ничего лишнего. Просто место, где спят президенты. И супермодели. И обычные люди. Которые приехали в Москву на три дня. И никогда не узнают, что на Киевской есть царь с короной. И заяц в трико. И фотограф, который снимает всё это. Потому что больше некому.
Стемнело. Я сел на лавочку у Киевского вокзала. Люди шли. Спешили. Куда-то бежали. А я сидел. Смотрел на высотку. И вспоминал зайца. Который сказал: «Мы все в костюмах». Может, он прав. Я — в костюме фотографа. Охранник — в костюме царя. Женщина с тремя сумками — в костюме усталости. А высотка — в костюме империи. Которая давно ушла. А здание осталось. Стоит. Смотрит. Ждёт. Когда кто-то снимет её. И поймёт. Что внутри не номера. Не офисы. Не рестораны. А диорама. Игрушечная Москва. Которая никогда не исчезнет. Потому что её сняли. На плёнку. В 1977-м. А я переснял. В 2024-м. И передам дальше. Тому, кто придёт после меня. С камерой. С термосом. С вопросом: «Кто здесь главный?».
Навигация по прогулке от Киевского вокзала до Кутузовского:
Работаю у Киевского вокзала и на Кутузовском, простояв на мосту через Москву-реку столько часов, что пассажиры электричек начали узнавать меня в лицо и махать рукой. Гостиница «Украина» (206 метров, 34 этажа, седьмая сталинская высотка), ТЦ «Китеж» (первое здание в Москве с фасадом обратного наклона), гостиница «Славянская» (здесь останавливались Буш, Клинтон, Клаудиа Шифер) — всё это отснято, можно смотреть, можно заказывать, можно просто позавидовать молча.
Шутка: снимал «Украину» на закате. Подходит мужчина: «Вы турист?». Я: «Нет, фотограф». Он: «А чего снимаете?». Я: «Высотку». Он: «А вы знаете, что на первом этаже диорама «Москва — столица СССР»? Там игрушечный город. Я там работаю. Смотрителем». Я: «А вы не игрушечный?». Он засмеялся. Я снял его на фоне высотки. Он был настоящий. Кажется.
А ещё я снимал в Технопарке ЗИЛ — ДОМ.РФ, Ривьера, Дом с зайцами. Там современно, там технологично, там будущее. А здесь — империя, которая хотела быть вечной. И почти получилось.
Крылатая фраза: «На первом этаже — диорама «Москва — столица СССР». Игрушечный город, которого уже нет. А гостиница стоит. И я стою. И снимаю. Игрушечных людей. Которые думают, что они настоящие».
P.S. Цены временно снижены в связи с переездом моего офиса из одного конца Кутузовского в другой (от «Украины» до «Славянской» — 800 метров пешком с 20 кг оборудования). Спешите, пока я не нашел новое место и не поднял цены обратно.
О чём я молчал у диорамы
В одной сербской сказке говорится: «Тот, кто строит дом на песке, не должен жаловаться на дождь». Мы строили империю. На бетоне. На стали. На крови. А потом дождь пошёл. Империя рухнула. А дома остались. Стоят. Не жалуются. И мы — те, кто родился после дождя — ходим по этим домам. Снимаем их. И не знаем, что внутри. Там — диорама. Игрушечная Москва. В которой мы — игрушки. А кто-то смотрит на нас сверху. И думает: «Какие смешные. Бегают. Снимают. Продают унитазы. Надевают короны». И смеётся. И плачет. Потому что он — тоже игрушка. Просто в другом костюме.
Отзывов пока нет
Оставить отзыв