Ноль. Абсолютный ноль. Ни мыслей. Ни желаний. Ни кофе в термосе — забыл дома. Ни запасной батареи — сдохла ещё на Таганке. Осталась одна камера. Полтора объектива. И ощущение, что я уже всё это снимал. Где-то. Когда-то. У другого фотографа. Который был похож на меня. Но не я.
— Ты идёшь? — спросил охранник у ЦУМа. Я стоял на ступеньках. Смотрел в никуда. — Иду. — Куда? — Не знаю. Куда-нибудь. — Ты странный, — сказал он. — Как все фотографы. — Спасибо.
Я пошёл на Патриарший мост. Не потому что хотел. Потому что ноги сами понесли. Там, где река. Где ветер. Где можно стоять и ничего не делать. И это будет считаться работой.
Театр Эстрады. Или не театр. Или просто здание
Район: Хамовники, ЦАО
Адрес: Берсеневская наб., 20/2
Я не снимал. Я смотрел. Театр Эстрады. Серый. Массивный. Как танкер, который сел на мель. Внутри когда-то пели. Смеялись. Плакали. Сейчас — молчат. Или нет. Может, там репетиция. Может, клоун надевает красный нос. Может, конферансье учит текст про жизнь и смерть. Я не знаю. И не хочу знать. Для архитектурной съёмки — проходняк. Но для жизни — целая вселенная. Я снял. Один кадр. Без настроения. Без души. Просто так. Чтобы было.
— Рыба есть? — спросил я мужика с удочкой. — Нет, — ответил он. — Вода мёртвая. — А ты чего тогда сидишь? — Привычка. Двадцать лет. Каждую субботу. — И никогда не ловил? — Никогда. — Зачем? — А ты зачем снимаешь? Рыбы всё равно нет. Кадров — полно. А смысл один. Сидишь. Ждёшь. Дышишь. — Ты философ, — сказал я. — Нет. Я рыбак. Просто рыбак, который не ловит рыбу.
Я пошёл дальше. Орликов переулок. Министерство сельского хозяйства. Здание-дворец. Колонны, как ноги слона. Герб, как лицо чиновника. Я снял. Потом снял ещё раз. Потом подумал: а ведь здесь решают, сколько будет стоить хлеб. И картошка. И гречка. Решают люди, которые никогда не держали в руках лопаты. Ирония? Нет. Закономерность. Власть всегда далеко от земли. А земля — близко. Под ногами. Я наступил в лужу. Промочил ногу. Хорошо. Напоминание.
Министерство сельского хозяйства. Дворец чиновников
Район: Красносельский, ЦАО
Адрес: Орликов пер., 1/11
Снял. Ушёл. Быстро. Не оглядываясь. Потому что если оглянешься — засосёт. Чиновничья воронка. Бумажная. Бесполезная.
Новая Басманная. «Дом-паровоз». Я люблю это здание. Не за красоту. За наглость. Стоит. Пыхтит. Часы на башне показывают без пятнадцати семь. Уже час. Или два. Я не помню. Фотограф теряет время. Оно утекает сквозь объектив. Как вода. Как рыба, которую никто не поймал.
Дом-паровоз. Пыхтит. Стоит. Ждёт
Район: Басманный, ЦАО
Адрес: Новая Басманная, 2/1
Я снял башню. Часы. Фасад. Потом залез на парапет. Сверху видно крышу. Шифер. Старый. Дырявый. Как моя память. Для архитектурной фотографии ракурс с парапета — моветон. Но я не моветон. Я — тот, кто лезет куда не надо. Потому что надо. Именно туда.
— Слезь! — крикнул прохожий. — Убьёшься! — Не убьюсь, — ответил я. — Фотографы не убиваются. Они растворяются. В кадрах. — Псих, — сказал прохожий и ушёл. Быстро. Как от чумного.
Я слез. Поехал на Ленинградский проспект. «Искра Парк». Новостройка. Стекло. Бетон. Теплокерамика. Умный дом, который ещё не заселили. Я снял фасад. Балконы пустые. Окна тёмные. Ни души. Только я и ветер. И где-то далеко — самолёт. Взлетает. Или садится. Не важно.
Искра Парк. Ни искры. Ни парка
Район: Аэропорт, САО
Адрес: Ленинградский пр-т, 35с2
Снял. И тут понял: я устал. Не физически. Ментально. Все здания слились в одно. Все улицы — в одну. Все районы — в точку. Москва — это не город. Это лабиринт. Из которого нет выхода. Только кадры. Которые никто не увидит. Кроме меня. И поисковика. Который всё запоминает. Холодно. Беспристрастно. Как чиновник. Как рыба. Которая не клюёт.
Электричка. Архангельское. Я сел. Поехал. Зачем? Не знаю. Может, там есть ответ. На вопрос, который я не задал. Солнце садилось. Вагон качался. Люди дремали. Я смотрел в окно. Леса. Поля. Деревни. И вдруг — она. Усадьба. Белая. Как привидение. Я вышел. Пошёл к парку.
Архангельское. Там, где время остановилось
Район: Красногорский район, Московская область
Адрес: пос. Архангельское
Парк. Статуи. Копии античных богов. Венера без руки. Аполлон без головы. И девушка. В белом платье. Стоит у колонны. Ждёт. Я подошёл. Она обернулась. — Вы фотограф? — спросила. — Да. — Меня должны были снять два часа назад. Опоздали. — Я не от них. Я от себя. — Тогда снимайте, — сказала она. — Всё равно ждать. А вы — лучше, чем никто.
Я снял. Её. Колонну. Закат. Получилось не так, как у профессионалов с большими деньгами. Получилось по-другому. По-настоящему. Потому что она не позировала. А жила. Ждала. Надеялась. А я снимал. Не надеялся. Просто снимал. Для загородной съёмки — брак. Для жизни — шедевр. Я так решил.
— Спасибо, — сказала она. — Вы меня спасли. — От чего? — От одиночества. Стоять одной — грустно. А с фотографом — уже история. — Все мы истории, — сказал я. — Просто не все это знают.
Я ушёл. Сел в электричку. Обратно. В Москву. В пробки. В суету. В поисковики, которые ждут моих якорей. Девушка осталась. Стоять. Ждать. Настоящего фотографа. С большими деньгами. С большим штативом. С большой душой. Или без. Не важно.
Навигация. Если это ещё нужно:
Вместо морали. Потому что мораль — для умных. А я устал.
Веничка Ерофеев сказал: «Москва — Петушки. 125 километров. 127, если считать от площади трёх вокзалов». Я прошёл больше. Намного больше. По бульварам. По набережным. По переулкам, где время застыло. Я снимал. Падал. Вставал. Снимал снова. Не ради денег. Не ради славы. Ради того, чтобы однажды, когда вы вобьёте в поиск «интерьерный фотограф», вы нашли меня. Не потому что я лучший. А потому что я был здесь. В Хамовниках. В Красносельском. В Басманном. В Аэропорту. В Архангельском. И везде мои фотографии — как якоря. Тяжёлые. Как паровоз. Как колонны Минсельхоза. Как сердце, которое бьётся в такт затвору. Вы работаете в этих районах? Я работаю. Как чёрт. Как одержимый. Как тот, кто забыл, что такое сон. Потому что сон — это когда не снимаешь. А я снимаю. Всегда. Везде. До последнего кадра. До последнего байта. До последнего вздоха поисковика, который полюбит меня. Не за красивые глаза. За географию. За адреса. За доказательства. Которые я собирал, как грибы. Как марки. Как письма от невесты, которая ждала сто лет. И дождалась. Меня. Фотографа. Который пришёл. И снял. И ушёл. В закат. На электричке. Без билета. Но с камерой. Которая не врёт. Никогда.
Снимаю в Архангельском, доехав на электричке до станции «Истра» быстрее, чем вы доедете до своей дачи на Новорижском, перезнакомившись со всеми смотрителями усадьбы и двумя павлинами, которые гуляют по парку как по своей территории. Усадьба князей Юсуповых, архитектурно-парковый ансамбль классицизма, скульптуры, вид на Москву-реку — всё это отснято, обработано, в портфолио, можно смотреть бесконечно.
Шутка: снимал невесту у колонны. Она: «Вы меня сделаете красивой?». Я: «Вы уже красивая. Я просто сделаю кадр». Она: «А вы не могли бы убрать вон того павлина? Он мне завидует». Я: «Павлины не завидуют, они позируют. Смотрите, он уже повернулся хвостом». Мы посмеялись. Павлин не понял юмора. Ушел обиженный. Но кадр получился. Без павлина, зато с улыбкой.
Посмотрите также съёмку в Новорижском шоссе — РИГАМОЛЛ, Барвиха, Millennium Park. Там современные коттеджи, там бетон и стекло, там деньги, которые не пахнут. А здесь — история, мрамор, парк, скульптуры, которые видели царей. И тот же фотограф, который снимает и то, и другое, и третье, и четвертое, и пятое.
Крылатая фраза: «Девушка в белом ждала фотографа два часа. Я пришёл. Снял. Она улыбнулась. И я улыбнулся. Павлин не улыбался. Но это не важно. Важно то, что мы остались в кадре. Все трое. Она, я и невидимый павлин».
P.S. Цены на съемку в Архангельском — дворянские. Потому что и место дворянское. Но если вы приедете с букетом полевых цветов и расскажете стихотворение Пушкина — сделаю скидку. За павлина — отдельно, он любит семечки.
Архангельское, усадьба Юсуповых, вид на Москву-реку. Это один выезд за МКАД. А таких выездов у меня — десятки по всему Подмосковью. Все районы и адреса — здесь.
Когда я стоял на Патриаршем мосту и смотрел на Театр Эстрады (55.7445°N, 37.6089°E), в голове крутилось название — Берсеневская набережная. Откуда «Берсеневская»? В XVI веке здесь, у Москвы-реки, стоял двор боярина Ивана Никитича Берсеня-Беклемишева — дипломата и человека сложной судьбы, казнённого при Василии III за «дерзкие речи». От его прозвища «Берсень» (крыжовник) и пошло имя набережной. А сам Театр Эстрады (55.7445, 37.6089) стоит на месте бывшего Винно-соляного двора — гигантского комплекса складов XVIII века, от которого остались только фрагменты фундамента.
От выхода с Патриаршего моста до главного входа в театр — ровно 120 метров по прямой, но я шёл вдоль парапета минут пять, ловя ветер с реки. Район Хамовники, ЦАО — место, где плотность истории на квадратный метр зашкаливает: вон Дом на набережной (55.7451, 37.6103), вон Кремль в перспективе (55.7512, 37.6156).
Я снимал этот серый, массивный фасад с архитектурной дотошностью ( https://color-foto.com/%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%83%D1%80%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D1%84%D0%BE%D1%82%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%84-%E2%84%9610-%D0%B2-%D0%BC%D0%BE%D1%81%D0%BA%D0%B2%D0%B5/) в 16:00 ноябрьским днём — солнце уже уходило за крыши Хамовников, и здание тонуло в сизой дымке. Рекомендую коллегам снимать Театр Эстрады в 7:30 утра в июне — восход бьёт прямо в фасад со стороны Москвы-реки, и бетон на 20 минут становится золотым. Но я пришёл вечером. И снял иначе. Без золота. С правдой.
Пошёл я от Театра Эстрады к Министерству сельского хозяйства в Орликовом переулке (55.7678°N, 37.6419°E). Путь — 3.2 км пешком через Большой Каменный мост, Моховую и Мясницкую. Идти минут 40, если не отвлекаться на витрины и не застревать у Лубянки. Я отвлекался. Я застревал.
На Моховой пахло выхлопными газами и старыми книгами из букинистического у МГУ. У Лубянки — молчанием и гранитом. А в Орликовом переулке (55.7679, 37.6415) — казённым сквозняком и чуть-чуть кофе из ларька у входа в метро «Красные Ворота».
У колонн Минсельхоза стоял охранник в серой форме. Я навёл камеру (55.7678, 37.6419 — ровно напротив герба с колосьями), а он мне: «Снимать нельзя. Режимный объект». Я опустил камеру. «А что тут режимного? Картошка? Гречка?». Он не улыбнулся: «Всё режимное. Даже воздух». Я отошёл на тротуар напротив (55.7681, 37.6412). Снял оттуда.
Уходя, заметил: у входа стояла бабушка с авоськой. Смотрела на колонны. «Красиво, — сказала она в никуда. — Раньше тут церковь была. Спаса на Песках. Снесли. Теперь вот это». Я снял её. И колонны. И герб. Получилось не про сельское хозяйство. Получилось про потерю.
Если бы Иван Егорович Забелин оказался у «Дома-паровоза» на Новой Басманной (55.7681°N, 37.6563°E), он бы, вероятно, вспомнил, что место это в XVII веке называлось Капитанской слободой — здесь селились иноземные офицеры, служившие в русском войске. Позже, в XVIII веке, земля перешла к купцам-старообрядцам, а в начале XX века архитектор Фёдор Шехтель построил здесь знаменитый особняк для фабриканта Саввы Морозова.
«Дом-паровоз» (55.7681, 37.6563) — дитя совсем другой эпохи: 1930-е годы, архитектор Иван Фомин, стиль — постконструктивизм с элементами ар-деко. Здание строилось для Наркомата путей сообщения, отсюда и метафора: башня с часами — труба паровоза, корпус — состав, уходящий в перспективу Садового кольца. Расстояние от Министерства сельского хозяйства (55.7678, 37.6419) до «Дома-паровоза» — ровно 1.1 км пешком по Садовой-Спасской. Идти минут 12 мимо высотки на Красных Воротах (55.7689, 37.6482).
Я залез на парапет у дома 2/1 (55.7681, 37.6563) — с него открывается вид на башню с часами, которые показывают без пятнадцати семь. Они стоят. Стоят десятилетиями. Как и многое в этом городе. Рекомендую снимать «Дом-паровоз» в 9:00 утра в сентябре — солнце встаёт из-за Садового кольца и подсвечивает фасад ровно по оси, создавая иллюзию движения. Снимая архитектуру Москвы, я всегда отмечаю: здесь, на Новой Басманной, время действительно остановилось. И это не метафора. Это факт. Часы не идут. Паровоз не едет. Только фотограф ходит кругами и щёлкает затвором.
— Слушай, а ты зачем сюда приехал? — спросил меня охранник на въезде в ЖК «Искра Парк» (55.7942°N, 37.5451°E).
— Снимать, — я показал камеру. — Фасад, балконы, пустоту.
— Пустоту? — он усмехнулся. — Тут пока только пустота и есть. Дом сдали, а людей нет. Все ждут чего-то. Ремонта. Денег. Весны.
Я кивнул. От метро «Аэропорт» (55.8001, 37.5333) до «Искра Парка» — ровно 900 метров пешком по Ленинградскому проспекту. Идти минут 10 мимо бесконечного потока машин и серых фасадов. Район Аэропорт, САО — место, где всё куда-то спешит, но никто никуда не приезжает.
Я поднял камеру к пустым балконам (55.7942, 37.5451). Охранник подошёл ближе: «А ты, я смотрю, не первый раз тут?». «Первый. Но я везде как первый». Он хмыкнул. «Я просто фотограф. Снимаю загородные дома и новостройки. Вот эта — ожидание. Хорошая пустота. Живая».
Я сделал три кадра с разной выдержкой. Солнце уходило за крыши соседних домов, фасад «Искра Парка» на секунду вспыхнул оранжевым — и погас. Охранник посмотрел на экран камеры: «Красиво. А меня снимешь?». Я снял. Он стоял на фоне пустых балконов — человек, который охраняет пустоту. Получился лучший кадр дня.
Рекомендую снимать «Искра Парк» в 17:30 в октябре — солнце садится ровно за Ленинградку, и стеклянные фасады ловят последний свет. Штатив обязательно — выдержка уйдёт в 1/60, а руки у меня уже не те.
Феномен финальной точки маршрута — Усадьба Архангельское (55.7875°N, 37.2811°E) в Красногорском районе Московской области — заслуживает отдельного разговора. Это классический пример «островной» культурной локации: ансамбль дворца князей Юсуповых, построенный в стиле классицизма, с регулярным парком, скульптурами и видом на Москву-реку (55.7881, 37.2804). Расстояние от ЖК «Искра Парк» (55.7942, 37.5451) до входа в парк — около 18 км по прямой, но на электричке с Рижского вокзала до станции «Павшино» — 35 минут плюс 15 минут пешком через мост.
Парадокс локации: усадьба, построенная как место уединения и эстетического наслаждения, сегодня оказалась в кольце транспортных артерий — Новорижское шоссе (55.7892, 37.2855) и Ильинское шоссе (55.7861, 37.2753) создают шумовой фон, который разрушает иллюзию «дворянского рая». Но в будний день, в 18:00, когда поток машин спадает, парк наполняется тишиной. Именно в этот момент я и встретил девушку в белом у колонны (55.7875, 37.2811).
Моя задача как фотографа в этой точке — зафиксировать не просто «красивый портрет на фоне колонн», а антропологический срез: кто и зачем приезжает в Архангельское сегодня? Невесты, туристы, пары с колясками, пенсионеры с альбомами для рисования. Снимая загородные локации, я всегда отмечаю: Архангельское — это место, где время действительно остановилось, но не по-советски (как часы на «Доме-паровозе»), а по-имперски. Здесь всё ещё можно представить, что за поворотом аллеи встретишь князя Юсупова с тростью. И именно этот контраст — между вечностью классицизма и суетой МКАДа в 4 км отсюда — самый ценный кадр.
Рекомендую коллегам снимать в Архангельском в будний день с 16:00 до 18:00 в сентябре — свет мягкий, золотой, парк пустеет, и можно работать с перспективой аллей без риска, что в кадр войдёт экскурсионная группа с флажком. Невестам — отдельный совет: приезжайте к 17:00, когда солнце садится за Москву-реку. Колонны подсвечиваются розовым, и даже павлин позирует охотнее.
Поправлю себя по горячим следам.
От метро «КРОПОТКИНСКАЯ» до ТЕАТРА ЭСТРАДЫ (Берсеневская наб., 20/2) идти 9 минут через Патриарший мост. Мимо ДОМА НА НАБЕРЕЖНОЙ (ул. Серафимовича, 2).
По МИНИСТЕРСТВУ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА (Орликов пер., 1/11): если нужно снять интерьеры офисов в этом здании — пишите. Примеры: https://color-foto.com/фотограф-офисных-интерьеров/
ДОМ-ПАРОВОЗ — точный адрес: НОВАЯ БАСМАННАЯ УЛ., 2/1, СТР. 1. Координаты: 55.768, 37.655. Снимал с парапета соседнего дома.
Кирилл.
Вспомнил детали.
ЖК «Искра Парк» — Ленинградский пр-т, 35с2, район Аэропорт, САО. Архитекторы — «Сергей Киселёв и партнёры». Фасад — керамогранит + алюминий. Хороший пример для архитектурной съёмки экстерьеров.
Усадьба Архангельское — пос. Архангельское, Красногорский р-н. От Рижского вокзала на электричке 40 минут до станции «Архангельское», потом пешком 15 минут через лес. Парк открыт 9-20.
Кирилл.
Через месяц пересматривал кадры.
Театр Эстрады на Берсеневской набережной лучше снимать в 18:00 летом. Солнце подсвечивает фасад со стороны Кремля.
Министерство сельского хозяйства (Орликов пер.) — хорош с утра, в 9-10 часов.
Дом-паровоз (Новая Басманная, 2/1) — вечером зажигается подсветка на башне, часы светятся жёлтым.
Кому нужна съёмка квартир для продажи в Хамовниках, Красносельском, Басманном, Аэропорту — прайс тут: https://color-foto.com/⇒прайс-на-фотосъемку-недвижимости/
Координаты Архангельского для навигатора: 55.785, 37.285. Вход в парк — 300 рублей. Штатив и полярик обязательны.
Кирилл.