От Садового кольца до высотки: Оружейный, Садовая Плаза и Арбитражный суд. Фотограф на Садовом

Садовое кольцо. Место, где Москва сходит с ума. Где пробки, выхлопные газы, вечные стройки. И где — вдруг — стоит здание, от которого у архитектора пошла бы кровь из глаз. Или наоборот — слёзы счастья. Я поехал сюда в пятницу после обеда. Димон был занят. Я один. За рулём. И с мыслью: «Главное — не застрять». Застрял. Конечно. Но об этом позже.

Маршрут у меня был простой. Оружейный переулок, 41. Потом Долгоруковская, 7. Потом Селезнёвская, 9. Всё в пешей доступности, если не считать пробок. Но я на машине. Потому что у меня камера, штатив и запасная оптика. Пешком с этим добром не набегаешься.

Начал я с Оружейного. Ехал по Садовому. Медленно. Очень медленно. Успел рассмотреть каждую вывеску, каждую трещину на асфальте. Димон бы на моём месте нервничал. А я смотрел по сторонам. В Москве, если едешь медленно, видишь больше. Например, как люди переходят дорогу в неположенном месте. Или как фасад старого дома подсвечивается солнцем между высотками. Я даже достал камеру на ходу. Снял пару кадров через лобовое стекло. Потом подумал: «Остановись, идиот». Остановился. Но не там. В общем, доехал.

Бизнес-центр «Оружейный» на Садовом кольце

Район: Тверской, Центральный административный округ Москвы
Адрес: Москва, Оружейный пер., 41
Архитектор: Михаил Посохин
Год постройки: 2006–2016 (с перерывом из-за кризиса)
Тип здания: 165-метровый бизнес-центр в неосталинском стиле

Я стою перед «Оружейным». 165 метров железобетона и стекла. Неосталинский стиль. Народные названия: «бетонная пирамида Хеопса», «башня Иштар», «Мордор». Архитектурный критик Григорий Ревзин назвал это «архитектурной халтурой». А мне нравится. Не потому что я эстет. А потому что это честно. Здание не притворяется. Оно знает, что оно монстр. И не стесняется этого.

35-метровый шпиль на крыше. Полностью остеклённый фасад. Строили десять лет — начали в 2006-м, заморозили в 2008-м из-за кризиса, достроили в 2016-м. Я смотрел на него и думал: сколько же денег здесь заморожено? Сколько нервов? Сколько проектов переделано? Димон бы сказал: «Не твоё дело». И был бы прав. Моё дело — снимать. Для архитектурной съёмки такие объекты — вызов. Как снять монстра, чтобы он не задавил кадр? Я отошёл подальше. Взял широкий угол. Поймал отражение неба в стекле. Получилось.

Солнце било в фасад. Тени от шпиля падали на тротуар. Я снял здание целиком, потом детали — входную группу, панели, стыки стекла. Потом обошёл вокруг. С тыла — двор, парковка, бетонные конструкции. Тоже кадры.

Отснял. Сажусь в машину. Следующая точка — Долгоруковская, 7. «Садовая Плаза». Еду по Садовому. Опять пробка. Но я уже привык.

Бизнес-центр «Садовая Плаза» на Долгоруковской

Район: Беговой, Северный административный округ Москвы
Адрес: Москва, Долгоруковская ул., 7
Архитекторы: П.Ю. Андреев, В.Н. Ковшель, В.А. Солонкин (мастерская Павла Андреева) при участии АБ «Моспроект-2» им. М.В. Посохина
Год постройки: 2002
Тип здания: Бизнес-центр класса «А» в стиле постконструктивизм

«Садовая Плаза» построили в 2002 году. Постконструктивизм. Здание класса «А». Арендная площадь — 12 тысяч квадратов. Ради него снесли два дома XIX века. В том числе особняк с мезонином. Грустно. Но архитектура, которая появилась, — хорошая. Не монстр, как «Оружейный». А спокойный, уверенный в себе постконструктивизм.

Я припарковался у главного входа. Фасады — чёткие линии, большие окна, пропорции. Ничего лишнего. Для рекламной съёмки магазинов и офисов такое здание — подарок. Я снял фасад с торца, центральный вход, детали облицовки. Потом зашёл во двор — там маленькая зона отдыха. Скамейки, деревья, тень. Контраст между строгой архитектурой и живой природой. Красиво.

Солнце клонилось к закату. Свет стал мягким, золотым. Я снял ещё несколько кадров. Потом сел в машину. Последняя точка — Селезнёвская, 9. Арбитражный суд.

Арбитражный суд Московского округа на Селезнёвской

Район: Тверской, Центральный административный округ Москвы
Адрес: Москва, Селезнёвская ул., 9
Архитекторы: Владимир Плоткин (ТПО «Резерв») — руководитель, Н. Ромишевская — главный архитектор, И. Лелякина, М. Ильевская, И. Тюрин, А. Травкин
Год постройки: 2004–2007
Тип здания: Арбитражный суд, 26,5 метра высоты, композиция из двух зданий

Это здание я запомнил надолго. Главный фасад состоит из трёх слоёв. Острые рёбра ламелей. Прозрачное стекло. Белые полосы жалюзи. Архитектор Владимир Плоткин сказал, что создавал «образ идеального суда — человечного, рационального, прозрачного». Получилось. Здание не давит. Оно открытое. Через стекло видно, что внутри. Нет этой бетонной монументальности, которая обычно у судов. А есть лёгкость. Почти прозрачность.

Я приехал, когда солнце уже садилось. Свет проходил сквозь ламели и рисовал полосы на фасаде. Я снял. Потом зашёл во двор — оттуда открывается другой ракурс. Два здания, сопоставленные друг с другом. Одно выше, другое ниже. Между ними — пространство. Воздух. Для съёмки офисных интерьеров и экстерьеров суда — идеально. Я снимал, пока не стемнело.

Отснял. Сел в машину. На часах — девять вечера. За день я объехал Тверской район, Беговой и снова Тверской. Три точки на Садовом кольце. Устал. Но доволен. Потому что увидел три разных лица Москвы. «Оружейный» — монстр, который не стесняется. «Садовая Плаза» — спокойный постконструктивизм. Арбитражный суд — прозрачность и лёгкость. Три здания. Три настроения. Три якоря для поисковиков.

О чём я подумал, стоя перед судом

Как говорят в Японии: «Не тот велик, кто никогда не падал, а тот, кто падал и поднимался». Я вспомнил эту пословицу, когда смотрел на «Оружейный». Десять лет стройки. Кризис. Заморозка. И всё равно достроили. Подняли 165 метров бетона и стекла. И теперь он стоит. Монстр на Садовом кольце. Нравится он кому-то или нет — он есть. И моя работа — его снять. Показать. Сделать так, чтобы человек, который ищет «интерьерный фотограф» в Тверском районе, нашёл не только красивые картинки. Но и историю. Историю о том, как здание падало и поднималось. Как архитектор спорил с критиками. Как бетон становился искусством. Японцы правы: важен не успех. Важен путь. А мой путь — это Садовое кольцо, пробки, потерянные часы в машине и кадры, которые никто не снял бы, кроме меня.